Лицо старика, окаменевшее, когда врач в больнице официально объявил Маргарет мертвой, чуть заметно дрогнуло:

— Одну минуточку. Позвольте, пожалуйста.

Тяжко ступая по натертому больничному полу, Холлман отошел к рыдающей жене и опустился рядом с ней на колени.

Скалли и Малдер, чтобы не мешать, подались в сторонку.

— Думаешь, это действительно мальчишка? — сумрачно спросил Призрак.

— Нет, — без колебаний ответила Скалли. — Я выросла в католической семье. И Священное Писание некоторым образом знаю. Так вот, Господь никогда не позволяет Дьяволу появляться на божественных шоу. К своей репутации он относится очень ревностно.

— Надо полагать, тебе нравится «Экзорцист»?

— Один из самых любимых фильмов. Напарники улыбнулись друг другу. И одновременно обернулись в сторону несчастных родителей, стерев с лиц улыбки. Старики по-прежнему тихонько разговаривали. Неуместная радость федеральных агентов осталась незамеченной.

— Так, и кого мы тогда будем ловить? — спросила Скалли. Она сейчас чувствовала себя рядом с напарником необычайно спокойно и уютно.

— Мне кажется, я видел сегодня одного человека, которого знал.

Скалли вздохнула. Чувство уюта потускнело.

— Мальчишка и вправду сумел коснуться твоей души, — задумчиво сказала она.

— С чего ты взяла?

— В баре он упомянул твою сестру. Ты ведь ее постоянно видишь? Саманту?

— Я видел ее два раза.

— А может, ты просто хочешь ее видеть?

Чувство уюта окончательно испарилось. Малдер ответил почти резко:

— Нет уж, Скалли, галлюцинациями я пока не страдаю.

— Конечно-конечно, но не забывай о способностях этого мальчика к внушению. Его магическая целительная сила основана на стремлении пациента верить. «Будьте уверены, что произойдет чудо, — и оно действительно может произойти». В Гарварде нам это неоднократно повторяли.

Малдер отвернулся и суховато проговорил:

— Не только ты училась в Гарварде. Стремительно надвигавшуюся ссору прервало приближение старика Холлмана:

— Мы согласны помочь вашему расследованию, — почти спокойно сказал он. — Мы даем согласие на проведение вскрытия.

Морг, прозекторская

Окружная больница

Кенвуд, штат Теннесси

7 марта

23:21

— Одиннадцать двадцать один вечера, седьмое марта, — продиктовала Скалли, начиная работать. — Вскрытие трупа Маргарет Холлман, женщины, белой, вес — сто семь фунтов…

У Призрака сегодня внезапно проснулась не то совесть, не то профессиональная солидарность. Он заявил, что должен морально поддерживать напарника в трудную минуту, и теперь сидел в уголочке, на краю стола. Когда Дана отвела край резиновой простыни, Фокс отвернулся, резко прижав ладонь к животу. Изнутри, сквозь тонкую стенку мускулов, в ладонь глухо стукнул дернувшийся желудок.

Морг, прозекторская

Окружная больница

Кенвуд, штат Теннесси

8 марта

00:31

— Малдер, посмотри, пожалуйста, сюда, — попросила Скалли. Она что-то вертела в руках, ее резиновые перчатки были густо измазаны спекшейся кровью.

— Это обязательно, да? — несчастным голосом отозвался Призрак.

— У нее повреждены легкие, — Скалли быстро смыла кровь под краном и вернулась к изрезанному трупу. — Патологические изменения в дыхательной и сердечно-сосудистой системе. Под микроскопом отчетливо прослеживаются повреждения клеточных мембран.

— Чем это могло быть вызвано?

— Насколько я понимаю, так проявляется действие цианистого калия или натрия.

— Но ведь цианиды убивают практически мгновенно? — нахмурился Призрак.

— Да. И тем не менее. Возможно, это какой-то другой яд… Я не смогу сказать точнее, пока не произведет анализ токсиколог.

— 'Как скоро это может быть? — внезапно заторопился Малдер.

— Лабораторию откроют только утром.

— Пожалуйста, займись этим. Пусть сделают как можно скорее, хорошо? — произнес он уже на бегу.

Дана вздохнула. Хороша моральная поддержка! Полтора часа сопел и вздыхал, а теперь, когда работа закончена и надо тащиться в гостиницу, взял и умотал! Спасибо!

Окружная тюрьма

Кенвуд, штат Теннесси

8 марта

01:10

Призрак и сам не смог бы объяснить, почему он помчался в тюрьму посреди ночи, почему не дождался утра, зачем ему понадобилось поднимать на ноги охранников и будить самого арестованного, дремавшего в камере — обычной камере предварительного заключения, три стенки и решетка. На него словно что-то нашло.