Можно, конечно, проконсультироваться с более опытными товарищами, но внутри Клей прекрасно знал, что толку от этого будет мало. Даже если кого-нибудь из кадетов поставят сражаться против захватчиков из Свободного Скаи, его собственные шансы, что ему еще раз когда-нибудь доверят подобное задание, были крайне ничтожны.

Но в глубине сознания, где гнездился стыд, что отец никогда не понял и не простил бы его, он все-таки испытывал облегчение.

Как хорошо было снова надеть серую форму Легиона! Кейтлин Де Ври выбралась с заднего сиденья платформы на воздушной подушке, едва только они приземлились у Данкельдского магнитобусного вокзала. Она уже шла к платформе левитатора, когда ее окликнул майор Кинг.

Он сидел на переднем пассажирском кресле платформы, одетый в обычную спецовку теха, и проверял по компьютеру какой-то список. Похоже, он чувствовал большое облегчение, вернувшись к своей привычной роли главного теха Легиона.

— Сначала вы запустите вашего «Центуриона», кадет, — приказал Кинг. — Потом передадите его кадету Галлено.

— Сэр? Я думала, Галлено достался «Лучник». Кинг покачал головой.

— Галлено никогда не управлял машиной, которая весит свыше пятидесяти тонн. У вас же есть несколько часов наработки на «Лучнике», поэтому я предпочел бы, чтобы роботом управляли умелые руки.

Она кивнула:

— Есть, майор.

— Хорошо. Если возникнут проблемы, дайте мне знать. Свободны.

Кейтлин отдала честь и поспешила через всю платформу к последнему вагону магнито-левитационного поезда, прибывшего в Данкельд менее часа назад. Поезд доставил второй контингент роботов с учебной базы в Брандере — еще пять боевых машин вдобавок к жидким силам Легиона возле столицы. Не считая «Центуриона» и «Лучника», на поезде прибыли «Росомаха», «Крестоносец» и «Пантера», принадлежавшая ранее кадету Уэмиссу. Теперь, когда тот погиб во время штурма резиденции, разведывательное звено кадетского корпуса нуждалось в новом командире.

Тут Кейтлин остановилась словно вкопанная. О чем это она думает? Если Легиону каким-то образом удалось воссоединиться и организовать оборону против захватнического флота фон Бюлова, голова майора Макколла должна быть занята гораздо более серьезными вещами, чем штатная должность и успеваемость какого-то кадета. Возможно, начиная с этого момента кадеты больше не смогут самостоятельно управлять тем или иным роботом. Машины поведут в бой более опытные воины, а кадеты останутся на подхвате.

Если только их вообще допустят к участию в предстоящих сражениях. Благодаря предательству ее отца, все теперь страшно усложнилось. Майор Макколл отдал приказ о возобновлении подготовки к обороне, как только бой у резиденции закончился, но она слышала высказывания даже ветеранов относительно тщетности организации какого бы то ни было сопротивления. И определенно планетарная гвардия теперь помогать не станет.

Возможно, Макколлу придется вступить в переговоры с фон Бюловым, и новые условия будут еще тяжелее, чем те, на которые согласился ее отец.

Кейтлин подошла к вагону левитатора, на котором ничком лежал ее «Центурион». Команда техов уже суетилась над реактором и восстановлением цепей энергопитания. Один из них небрежно махнул ей рукой и пошел навстречу. Старший тех сержант Стюарт был начальником постоянной бригады обслуживания и прибыл к левитатору вместе с «Центурионом». Он подал ей руку, чтобы помочь взобраться на платформу и, не сказав ни слова, провел к люку, выходившему на мостик. Стюарт был человеком тихим, из которого лишнего слова не вытянешь, но считался одним из лучших специалистов в Брандере. Ходили слухи, что он прошел специальную подготовку, которая гарантировала ему повышение в звании.

Стюарт открыл люк и взял у Кейтлин сумку, пока она залезала на мостик. При лежащем ничком роботе добраться до кабины было довольно затруднительно, но в конце концов ей удалось пролезть к креслу управления, а затем еще и сделать разворот, чтобы принять у Стюарта сумку. Он захлопнул люк и задраил его снаружи вручную.

Кейтлин устремила долгий взгляд на небо сквозь защитный экран. Мысленным взором она до сих пор видела поверженного Де Вильяра и рыдающую Фрею в момент, когда она ворвалась в комнату и убила Уолтерса. Еще одна смерть отягощающим пятном легла на совесть ее отца. Уолтерс, О'Лири и остальные профессиональные наемники-телохранители под конец начали лютовать, и хотя она сомневалась, что в последних событиях ее отец играл заметную роль, все равно это сделали его люди. И решение отречься от законного планетовладельца в пользу фон Бюлова, что повлекло за собой всю цепочку трагических событий, принял не кто иной, как Роджер Де Ври.

Хотя Макколл и Кинг не уставали расточать похвалы в ее адрес, Кейтлин знала, что нашлось много других легионеров, которые теперь относились подозрительно к ее лояльности. Даже Алекс Карлайл держался отчужденно, когда они встретились возле комнаты Де Вильяра после окончания боя, и это ее окончательно доконало. Они всегда были вместе в едином кадетском звене с того самого дня, когда Кейтлин поступила на службу, и девушка полагала, что связывавшие их узы являлись достаточно прочным фундаментом, чтобы отбросить подобные сомнения.

Она восстала против отца, когда тот предал Легион, и теперь, похоже, осталась в одиночестве.

Кейтлин Де Ври отбросила эти мысли прочь. Сейчас на нее возложены серьезные обязанности, и она будет исполнять их до конца. Другого пути не оставалось.

Она пристегнулась в кресле, вставила шнур питания хладожилета, затем прилепила к телу четыре сенсорных датчика, которые будут посылать в нейрошлем биоимпульсы от грудной клетки и бедер. Наконец, взялась за подголовник, нащупала нейрошлем, откинутый в нерабочее положение. Потянув его вверх и на себя, тщательно приладила к голове и плечам, затем подсоединила к шейной части сенсорные контакты. Когда все встало на место, она включила рубильник питания и ощутила покалывание в голове, свидетельствовавшее о том, что нейрошлем пришел в рабочее состояние.