Хагана обратилась к международному Красному Кресту с просьбой взять под опеку остальные три селения, у которых кончались боеприпасы, и только благодаря этому там не случилось резни.

В Негеве, неподалеку от Мертвого моря. Арабский легион ударил по кибуцу Бейт-Гаарава — Дом в пустыне. Летом жара здесь доходила до пятидесяти градусов в тени. Когда евреи пришли сюда, это были безжизненные солончаки, где ничего не росло. Они акр за акром очищали почву от соли, строили оросительные каналы, плотины и водохранилища для задержания весенних вод и наконец создали современное хозяйство.

До ближайшего еврейского поселка от Бейт-Гааравы было полтораста километров. Помощи ждать не приходилось, и кибуц сдался. Евреи покинули Бейт-Гаараву, предав огню дома и поля, созданные ценой нечеловеческого труда.

Таковы были первые победы, одержанные арабами: Бейт-Гаарава и залитое кровью селение Эцион.

В ночь на 14 мая 1948 года британский верховный комиссар Палестины покинул ввергнутый в войну Иерусалим. Юнион Джек, ставший в Палестине символом произвола и злоупотребления властью, покинул флагшток.

14мая 1948

Вожди ишува и Всемирной сионистской организации собрались в Тель-Авиве в доме Меира Дизенгофа, основателя и первого мэра города. У подъезда часовые с автоматами сдерживали людей, плотно стоявших вокруг здания.

Во всем мире — в Каире и Нью-Йорке, в Иерусалиме и Париже, в Лондоне и Вашингтоне ждали новостей из этого дома. Тысячи людей застыли у радиоприемников.

«Вы слушаете „Кол Исраэль“ — „Голос Израиля“, — раздался голос диктора. — К нам только что поступил документ, касающийся окончания британского мандата над Палестиной. Сейчас мы зачитаем его…»

— Тише! Тише! — просил доктор Либерман детей, собравшихся в его доме. — Пожалуйста, тише!

«Еврейский народ вырос в стране Израиля. Здесь сложился его духовный и политический облик. Здесь он жил полной государственной жизнью и творил ценности культуры — национальной и общечеловеческой, — которые завещал миру в Книге Книг…»

В гостинице Ремеза Брюс Сазерленд с Иоавом Яркони бросили шахматы и вместе с хозяином самозабвенно слушали радио.

«Только грубая сила принудила евреев покинуть землю Израиля. Но они остались верны Отечеству во всех странах, по которым их рассеяла судьба, и не переставали надеяться на возвращение и восстановление независимости…»

В Париже голос диктора заглушали помехи. Барак Бен Канаан лихорадочно крутил ручки приемника.

«В силу своей исторической принадлежности евреи во все времена стремились вернуться на землю отцов и воссоздать свое государство. Последние поколения возвращались сюда массово. Пионеры, строители дорог и защитники поселений, они воскресили пустыни, возродили еврейский язык, возвели города и деревни и положили начало хозяйственной и культурной жизни общества, ищущего мира с соседями и умеющего обороняться от них, несущего прогресс всему населению…»

В Сафеде каббалисты, затаив дыхание, слушали слова, которые, казалось, произносились во исполнение древних пророчеств. Слушали изнемогающие от усталости пальмахники горной бригады в иерусалимском коридоре. Слушали жители осажденных селений в ослепительной пустыне Негев.

«Это право было признано в Декларации Бальфура от 2 ноября 1917 года и подтверждено в мандате Лиги Наций, который подчеркнул международное признание…»

Давид Бен Ами вбежал в штаб кибуца Эйн-Ор. Ари приложил палец к губам и показал на радиоприемник.

«Решить проблему еврейского народа, лишенного родины и самостоятельности, путем возрождения его государственности, что откроет ворота родины перед каждым евреем и сделает еврейский народ полноправной нацией в семье народов…»

Дов и Карен сидели, держась за руки, в столовой и слушали громкоговоритель.

«Во время Второй мировой войны еврейство Палестины полностью внесло свой вклад в общее дело борьбы… 29 ноября 1947 года Генеральная Ассамблея ООН приняла решение о создании еврейского государства в Палестине… Это признание за еврейским народом права на воссоздание своего государства не может быть отменено. Это естественное право еврейского народа жить, как все народы, самостоятельно, в своем суверенном государстве.

Мы провозглашаем восстановление еврейского государства в Палестине — государства Израиль…»

Китти Фремонт слышала, как у нее бьется сердце. Иордана улыбалась.

«Израильское государство откроет свои врата перед иммиграцией в интересах воссоединения рассеянного по миру народа; будет заботиться о развитии ресурсов страны в интересах всех ее жителей; будет основано на идеалах свободы, мира и справедливости, на идеалах израильских пророков; осуществит полное общественное и политическое равноправие всех граждан без различия веры, расы и пола; обеспечит свободу вероисповедания, совести, образования и культурной жизни; будет охранять святые места всех религий и будет хранить верность принципам Хартии ООН…»