— На другом конце города. В районе станции Мэгуроку. Это очень далеко отсюда. На метро около часа езды. На такси тоже далеко, — сказал Тамакити. — И вам нельзя отсюда выходить. Не забывайте, что вы под подозрением. Прокурор Хасэгава сегодня лично беседовал с господином Фудзиокой господином Мориямой.

Вам нельзя отсюда выходить. У вас нет паспорта.

— Надеюсь, я не обязан сидеть здесь под домашним арестом, — мрачно пробормотал Дронго. — Мы можем сделать по-другому. Сейчас ты демонстративно сядешь в машину и уедешь. И я провожу тебя до машины, чтобы они меня видели.

Потом вернусь в дом. Свет будет гореть до утра, я обычно работаю. Но ты будешь ждать меня на соседней улице. Я уйду с другой стороны дома.

— Там нет выхода, — улыбнулся Тамакити, — там крыша соседнего здания.

— Значит, уйду по крыше, — сказал Дронго, — вспомню молодость. Ничего страшного. Мне иногда нужны такие кульбиты. Но без твоей помощи я не смогу найти дом Мицуо Мори. Если он работает с компьютерами, значит, говорит по-английски?

— И очень хорошо.

— Тогда все в порядке. А как с отелем?

— Пока не узнал. Там полно полицейских, они все проверяют. Я решил пока туда лучше не соваться.

— Правильно сделал. Проверишь завтра, когда все будут знать, отчего погас свет. Пойдем, я тебя провожу. И два последних вопроса. Как себя чувствует сэнсэй?

— Не очень хорошо, — признался Тамакити. — Ему нельзя было сегодня вставать, но он не стал слушать врачей.

— Он встал из-за меня, — мрачно констатировал Афонго. — Ты говорил, все журналы и газеты написали о вчерашнем событии. Ты не читал? Может быть, опубликовали сообщение самого банка. Ведь Фумико сегодня была немного занята, приезжала в полицейское управление.

Он не стал уточнять, что она был занята и потом, приехав к нему в «Хилтон». Ему до сих пор было стыдно, что все так произошло. Цубои сознательно их поссорил, а он не должен был поддаваться на уловки инспектора. Но он стал оправдываться, начал путаться и вывел Фумико из равновесия. В таких случаях нужно быть более убедительным. Но он впервые попал в такую ситуацию и немного растерялся. Невозможно было оправдаться еще и потому, что Фумико отлично понимала, что не может претендовать на роль единственной женщины в его жизни. И любое сравнение с подругой, пусть даже погибшей, больно било по ее самолюбию.

— Она собрала вечером журналистов и дала пресс-конференцию, — сообщил Тамакити. — Вы даже не представляете, как она ругала сотрудников прокуратуры и полиции. Она обвинила их в фобии к иностранцам, сказала, что сидела рядом с вами в момент выстрелов и переводила вам слова президента. Она выразила недоверие прокурору Хасэгаве и старшему инспектору Цубои, заявив, что они не смогут раскрыть этого дела, так как страдают однобоким взглядом на проблему.

— Молодец, — усмехнулся Дронго, — я в ней не сомневался. Поехали к Мори. Только будем действовать, как договорились. Сначала я тебя провожу.

— Вы не ужинали, — напомнил Тамакити. — Мне сказали, что вы сегодня не обедали. Может, вам сначала поужинать?

— Мне полезно немного поголодать. А в полицейском управлении меня накормили на весь день. Пойдем быстрее, я не хочу терять время.

Все получилось так, как и планировал Дронго. Он попросил Тамакити рассказать о его плане садовнику, и тот согласился время от времени включать и выключать свет в доме, в разных комнатах. Садовник работал у Кодзи Симуры уже много лет и знал, какие необычные гости бывают в этом доме. Однажды сюда приезжал один из премьер-министров страны, и много раз садовник видел здесь известных банкиров, актеров, политиков. Дронго проводил Тамакити до машины, демонстративно пожал ему руку и махнул сотрудникам полиции, сидевшим в машине.

Тамакити отъехал в сторону, и Дронго пошел переодеваться. Он надел темную куртку и темную вязаную шапочку. После чего прошел к ограде сада, выходившей на крышу соседнего дома. Легко подтянувшись, он влез наверх. Самое главное, чтобы соседи не услышали шума. Садовник пояснил, в какую сторону ему нужно уходить. Стараясь ступать мягко, Дронго перебежал по крыше и рыгнул на приземистое здание, пристроенное к основному. Очевидно, здесь была японская баня — «Фуро». Такое же здание было построено и в глубине сада Симуры, рядом с подсобными помещениями.

К счастью, баня в это время пустовала. Он прошел по крыше, влез на следующую ограду и спрыгнул вниз. Тут никого не было. Он поспешил выйти из переулка, прошел к соседней улице. И едва не столкнулся с пожилой женщиной, которая улыбнулась ему, чуть поклонившись и извинившись. Он пробормотал в ответ похожие слова и тоже поклонился. На другой стороне улицы стояла машина Тамакити. Вокруг было много народу.

«Почему он остановился в таком людном месте? — недовольно подумал Дронго. — Не хватало, чтобы меня увидели. Хотя в переулок заезжать ему не следовало».