На сей раз Сабрина не делала попыток вырваться, а послушно следовала за движениями Джека. Она зажала губами кончик его языка и втянула в себя, упиваясь каким-то сладостным привкусом

Плечи виконта напряглись, сделавшись твердыми, как камень. Он выпрямился, убрал руки с талии Сабрины и крепко сжал поручни кресла…

Несколько минут назад Джек мечтал об этом моменте. Но сейчас им неожиданно овладела странная апатия. Казалось, его больше ничто не волновало, хотя тело дрожало, как у человека, испытывающего мучительную боль.

Сабрина продолжала целовать его. Теперь это стало единственным, чего она больше всего желала после долгих недель ненависти и вражды. Желала продлить эти самозабвенные минуты счастья и наслаждения, придававшие ей силы и пробуждающие удивительное и пугающее ощущение власти над другим существом

Она даже не подозревала, что может оказывать на кого-то столь безграничное влияние и что владеет секретом, как внести смятение в чью-то душу! Боже, какое же это счастье — заставить вздыхать сильного, сурового мужчину!

Джек тоже был крайне удивлен способностью Сабрины разбередить его сердце. Раньше ему и в голову не приходило, что эта юная девушка окажется столь искусной обольстительницей и заставит его потерять контроль над собой! До сих пор такого никогда не случалось! Разве что с… Нет, никогда и ни с кем!

Джек неуверенно поднял руки, чтобы обнять Сабрину, и тут же всем своим существом почувствовал, что навеки привяжет себя к ней, если еще раз сделает это. Нет! Стоп! Лучше вообще не дотрагиваться до нее, подавить в себе непрошеное чувство и ни на миг не поддаться страшным чарам! Иначе придется всю жизнь мучиться тем до ненормальности жгучим желанием, которое уже сейчас поднималось из глубин его души, подобно раскаленной лаве по жерлу проснувшегося вулкана.

Эта девушка — такая хрупкая, скромная, маленькое существо, полное сочувствия и желания утешить каждого. И вот совершенно неожиданно она пробудила в его душе такой ураган чувств, которого он еще никогда не испытывал. Да, женщины обожали, желали его, отдавались ему. Некоторые ненавидели и презирали. Но ни одна из них ни разу не бросила на него доверчивого и полного простой симпатии взгляда, говорящего о чисто человеческом отношении. Эго сделала Сабрина Линдсей, чего он никогда ей не простит!

Сабрина первой опомнилась и выпрямилась на коленях Джека. До нее донесся еле слышным звук, похожий на мышиное шуршание в цели стены или шипение смолы на поленьях, тронутых язычком пламени все еще горевшего камина. Звук насторожил ее, заставив вспомнить, что она не одна в мире и даже — в этом большом доме. Если кто-нибудь войдет в гостиную, то может стать свидетелем весьма пикантного зрелища ..

Джек тоже открыл глаза, прислушался и резко сказал: — Встаньте, Сабрина!

Его голос прозвучал настолько грубо и враждебно, что в первый момент Сабрине показалось, что эти слова сказал кто-то другой. Все же она немедленно вскочила с колен виконта. Оправила сбившиеся юбки. Тем временем непонятный звук становился все явственнее. Еще через мгновение к нему присоединился скрип ступенек. Кто-то спускался по лестнице.

Шаги приблизились к гостиной и затихли у двери. Раздался робкий стук, после чего в комнату просунулась миниатюрная головка служанки, на лице которой было написано явное удивление.

— О, простите, пожалуйста! — воскликнула она и так быстро захлопнула дверь, что Сабрина не успела ее остановить.

— О-о! — в тон служанке хмыкнул Джек. — Видите, что вы сделали с моей репутацией!

Сабрина бросила на него осуждающий взгляд:

— Может, вы вспомните и о моей?

Но Дарлингтон выглядел совершенно спокойным. Можно было подумать, что Сабрина только что угощала его шоколадом и пирожными, a не поцелуями. Ее же лицо стало бордовым, а тело, как ей казалось, покрылось красными пятнами. Все это Сабрина прочла по глазам Джека, в которых, как в зеркале, отразилась охватившая ее буря эмоций. Но по сжатым губам и легкому подрагиванию пальцев Дарлингтона она поняла, что его хладнокровие чисто показное.

— Что ж, мне больше нечего вам сказать, — процедила она сквозь зубы.

— В таком случае будем считать, что мы пришли к взаимному согласию.

Джек с подчеркнутой грациозностью поднялся из кресла и встал перед Сабриной во весь свой гигантский рост. Он протянул руку и разжал ладонь. В ней по-прежнему лежал жемчуг.

— Возьмите Я еще не заработал его.

Сабрина не стала спрашивать, что он имел в виду.

— Я должна с ним поговорить, — очень серьезно сказала она

— С тем разбойником?

— Да, именно с ним!

Джек откровенно посмотрел на высокую грудь девушки и ухмыльнулся

— О, вы снова увидитесь с Черным Джеком Лоу. Это я вам обещаю.

— Вы понимаете свою роль? Сьюбери улыбнулся:

— Она отлично все понимает, милорд!

— Я могу сама за себя говорить!

Алви Мак-Ки, как настоящая ирландка, нисколько не стала нежнее, прожив некоторое время под крышей дома виконта.

— Очень не люблю, когда начинают говорить от моего имени.

— Ваше мнение здесь никого не интересует, детка, — заметил Джек.