– Нет-нет, я не говорил, что телефонные звонки нереальны. Телефон звонил, и, возможно, кто-то нашептывал тебе слова. Или это помехи на линии, но твое воображение восприняло их как членораздельные звуки. Ты не слышала в них «исчезновение», пока медиум не произнесла это слово. Разве не так?

– Да, – с неохотой согласилась Дженни. – На ярком майском солнце ужас прошлой ночи казался менее реальным. – Но это не происходило в моем воображении. Впервые я услышала звонок телефона в школе. Вчера я смогла разобрать слово. Не «исчезновение», а «истощение». Именно это слово отражает тот голод, который я видела в глазах.

– Вот потому ты и вообразила именно это, – запальчиво воскликнул Майкл. – Вернее, вообразила – не совсем то, что я имею в виду. Понимаешь, твой мозг – это своего рода моделирующая система. Она получает сигнал от органов чувств и создает на его основе наиболее подходящую модель. В состоянии стресса любой импульс, например шум в телефонной трубке, превращается в ложную модель. Твой мозг услышал то, чего не было. Но это кажется реальным, потому что оно было реально. Для твоего мозга.

Ди нахмурилась: ей совершенно не нравилась мысль о том, что нельзя полагаться на собственный разум.

– Да, но тогда получается, что это нереально.

– Реально, как и любая модель, созданная твоим мозгом. Вчера я делал домашнее задание, и в моей голове возникла модель кофейного столика. Я вообразил прямоугольник из досок. Но если бы я был в состоянии сильного стресса, перед моими глазами возникла бы крышка гроба. Особенно если бы я спал или накануне думал о гробах. Понимаешь?

Дженни поняла. По крайней мере ей показалось, что она поняла.

– Но гроб не был бы реальностью, – возразила Ди.

– А как я мог узнать об этом?

– Очень просто. Дотронуться до него…

– Осязание – всего лишь одно из чувств. Его тоже можно обмануть. Нет, хорошая модель не выдаст, что она нереальна, – сказал Майкл.

«Это разумно, – подумала Дженни. – То же самое справедливо в отношении собаки. Я шарахалась от тени, потому что была напугана совсем другим».

Она села на траву и глубоко вздохнула. На душе стало немного легче. Теперь она могла думать о других вещах. Например, о Томе. Пока он не будет вместе с ними, все будет идти кувырком.

– Вчера мы обошли половину улиц, – говорила Ди, – но ничего не нашли…

– Я натер мозоли, – вставил Майкл.

– Если я и дальше буду прогуливать занятия по кунг-фу, то не выиграю соревнования, – закончила Ди.

– Ты думаешь, что только у тебя проблемы? – фыркнула Одри. – Утром я обнаружила глубокие царапины на крыше моей машины. Папа убьет меня, когда увидит. – Она рассказала о том, как за ней и Дженни гналась собака.

Майкл возбужденно взмахнул рукой:

– Видишь! Еще одна модель.

Но Одри лишь скептически взглянула на него. Ее внимание тут же переключилось на Дженни.

– Дженни, – сказала она, – что с тобой?

Все уставились на нее.

Дженни чувствовала, что у нее дрожат губы.

– Дело в том, что я и Том… Мы поссорились… – Она пожала плечами. – То есть теперь я не знаю, вместе мы или нет.

Они смотрели на нее так, словно она объявила о конце света.

Майкл присвистнул и взъерошил волосы. Обычно презирающая романтику Ди сочувственно положила руку на плечо Дженни. Одри нахмурилась. Зак покачал головой, в его серых глазах мелькнули ледяные искры.

Первой пришла в себя Одри.

– Не переживай, дорогая, – сказала она, вертя в руках солнцезащитные очки. – Это не навсегда. Тому нужна встряска. Парням надо время от времени указывать их место, – добавила она, бросая уничижительный взгляд на Майкла.

– Нет, это была не просто ссора. Все произошло из-за него, из-за Джулиана. Том думает, что я принадлежу Джулиану. Как в старом фильме ужасов. Невеста дьявола. Он думает, что потерял меня, и не считает нужным бороться.

Она рассказала им все. Одри внимательно выслушала ее, после чего лукаво улыбнулась и сказала:

– Значит, нужно принимать суровые меры. У меня есть идея.

– Какая?

Одри кивнула в сторону здания школы.

Там на стене висел огромный плакат «Добро пожаловать на полуночный бал-маскарад".

– Вуаля!

– Вуаля? – недоуменно переспросила Дженни.

– Бал. Брайан Деттлингер. Вчерашнее приглашение. Помнишь?

– Да, но…