– Ну как?

– Прости, но я не смогу этого сделать, – покачал головой Кальдер.

– Может быть, ты сможешь обеспечить хотя бы часть? А на оставшуюся сумму мы возьмем кредит в банке. Я понятия не имею, много или мало два миллиона гиней за такую земельную площадь.

– Полагаю, это значительно выше рыночной цены.

– Не могу поверить, – покачал головой Джерри. – Как только все пошло так хорошо… А ведь когда мы покупали школу в прошлом году, она заверяла нас, что продлит аренду. Алчная скотина.

– А я могу ее понять, – сказал Кальдер. – Думаю, ее дела идут не так хорошо, как она хочет всем представить.

– Возможно. Но мне крышка, если она продаст землю. Я знаю, что вложил в дело меньше, чем ты, Алекс, но это было все, что я имел. Если я выброшу полотенце на ринг, то мне придется наниматься к кому-нибудь в летные инструкторы или возвращаться в похоронный бизнес. И поверь мне, это как раз то, чем я ни в коем случае не желаю заниматься.

Кальдер поморщился и прикрыл лицо ладонями.

– Кто эти люди, черт побери? – сказал Джерри. – Какой смысл покупать здоровенный кус пахотной земли в какой-то богом забытой дыре по цене выше рыночной? И с какой стати они обратились к миссис Истерхэм? Ведь она, насколько нам известно, не выставляла землю на продажу. Думаю, что в стране найдется масса фермеров, мечтающих избавиться от части своих угодий.

Кальдер опустился в кресло и внимательно посмотрел на Джерри. Пилот был умницей, и Кальдер ценил это, считая его прекрасным партнером.

– Ты знаешь, что стоит за этим, не так ли? – спросил Джерри.

Кальдер утвердительно кивнул.

– Это каким-то образом связано с твоими поездками в Лондон?

Кальдер снова кивнул.

– Расскажи.

И Кальдер ему рассказал буквально все. Джерри слушал, стараясь не пропустить ни слова.

– Этот твой Карр-Джонс – законченный выродок, – подытожил он, когда Кальдер закончил повествование.

– Верно.

– Ты думаешь, что он действительно готов выложить два миллиона, чтобы заткнуть тебе рот?

– Если бы это был кто-то иной, то я назвал бы это блефом, – произнес со вздохом Кальдер. – Но что касается Карр-Джонса… Я не знаю его ли это деньги или чьи-то еще, но мне хорошо известно, что если он выступает с угрозой, то приводит ее в исполнение.

– И что же ты намерен предпринять?

– Это доказывает, – глядя на партнера, сказал Кальдер, – что Карр-Джонс что-то скрывает. Что-то очень серьезное. Если бы я мог, то обязательно продолжил бы расследование. Погибли двое.

– Но как быть с аэродромом?

Кальдер закрыл глаза. Карр-Джонс все учел. Да, Алекс имел полное право рискнуть своими деньгами. Но он не мог ставить на кон средства Джерри. По крайней мере без его согласия.

– Я продолжу задавать вопросы.

– Алекс, я могу потерять все, что имею!

– Знаю. Но я, как никогда, убежден, что Карр-Джонс вовлечен в нечто очень грязное, и не могу закрыть на это глаза. Позволь мне продолжить расследование. Если я смогу его прижать, он будет вынужден отказаться от покупки земли. Аэродром останется у нас, а он отправится за решетку.

– А если у тебя ничего не выйдет?

– В таком случае мы проиграем, – проговорил Кальдер. Затем, чуть наклонившись вперед, он продолжил: – Послушай, я понимаю, что просить тебя об этом нечестно, но если мы не рискнем, то он выйдет сухим из воды. А с сознанием этого я жить не смогу.

– А я, как ты полагаешь, смогу?

– До сегодняшнего дня ты о нем даже не слышал.

– Ты ведь любишь рисковать, правда? – Джерри поднялся с кресла и посмотрел в окно в сторону Северного моря, – Если бы не ты, меня бы здесь не было. Я бы по-прежнему восседал на переднем сиденье катафалка, ползущего к крематорию со скоростью десять километров в час. Я бы никогда не смог купить аэродром, а о том, чтобы содержать его в рабочем состоянии, даже и говорить не стоит.

– Ты мне тоже был очень нужен, – сказал Кальдер.

– Валяй, действуй! – выпалил Джерри. – Пригвозди мерзавца!

Кальдер отправился в Лондон во второй половине дня. К Хайгейт он добрался лишь к половине восьмого, но, несмотря на столь поздний час, решил все же попытать счастья в офисе Сэнди Уотерхаус. Он знал, что юристы частенько допоздна засиживаются на работе, и фортуна могла ему улыбнуться.

Она подняла трубку. Кальдер представился другом Джен, прибывшим в Лондон на пару дней и горящим желанием узнать, как та умерла. После нескольких попыток уклониться от свидания мисс Уотерхаус все же назначила ему встречу в девять вечера в своем офисе.