Ага, все же не выдержал — пошел, родной ты наш… Андрей слегка приоткрыл окно. Сгорбился, ссутулился, косится на темные окна — кто знает, что ждет его за ними? И ведь идет все равно. Идет…

Ему даже не пришлось стучать — задняя дверь распахнулась, показалась чья-то рука. И кто же там у нас? Серый костюм, стриженая голова. Коротко стриженая. Знакомая публика — девять из десяти, что ствол под мышкой. Впрочем, как иначе — не мы такие, жизнь такая. Садится, дверь закрылась. Поехали…

Белая «Волга» выехала с площадки, на секунду остановилась у перекрестка, пропуская красные «Жигули», затем быстро повернула налево. О, да они не одни! Андрей только сейчас обратил внимание на серый джип, стоявший чуть в стороне. Интересно, кто это? Люди Марычева — или Шилова? Нет, все-таки Марычева — джип быстро повернул вслед за «Волгой» и не таясь пристроился сзади. Ну и бог с ними, у Андрея не было желания выяснять, куда повезут Шилова. Он сделал все, что мог, зачем нарываться на неприятности? У него их и так предостаточно.

Вот и все — Андрей устало вздохнул. Если все пройдет нормально, то сегодня вечером — или нет, скорее всего, уже завтра — по пятому каналу, которым безраздельно владеет Марычев, пройдут сенсационные кадры признания. А там, глядишь, и по третьему — там тоже ребята не промах, на сенсации падкие. И ведь некуда будет деться Фольмеру — ох, некуда. У Марычева не дураки сидят, так все сделают, что комар носа не подточит. А Шилов много знает — очень много. И даже родная прокуратура не сможет замять это дело. Не тот уровень, не те масштабы. Шилов наверняка ведь на Фольмера всех собак повесит — даже тех, о которых сам Фольмер ни сном, ни духом. Ему ведь нечего терять, да и гонорар надо отрабатывать. Ох уж этот гонорар… Андрей завел двигатель и выехал со стоянки. Как-то не очень верится, что Марычев так просто расстанется с деньгами. Впрочем, Шилов тоже не дурак, придумает что-нибудь…

У Мегеры были посетители, поэтому Андрей прошел в «берлогу». Ни Бабая, ни Сергея не было, зато за компьютером восседала гроза и гордость редакции, несравненная и удивительная Танюша Евграфова. Именно на ней «висела» вся культурная жизнь их замечательного города, а также, в противовес возвышенному и высокодуховному, вся нечистая сила — в смысле всякой экстрасенсорики, полтергейстов, домовых и прочей нечисти, на которую так падки обыватели. О культуре Танюша писала под своим именем, о нечисти — под псевдонимом. И мало кто в городе знал, что утонченные репортажи о культурной жизни и леденящие кровь истории об упырях и вурдалаках пишутся одной и той же миловидной девушкой. Вчера прошла премьера очередного спектакля, Танюша явно работала над рецензией.

Что и говорить, вкус у неё был отменный, и немало театральных деятелей имело на неё зуб — за эти самые рецензии. Впрочем, надо быть справедливыми — если спектакль того заслуживал, Танюша не скупилась на похвалы. Ее ценили и уважали — хотя бы за то, что она единственная в редакции действительно писала то, что думает. Остается отметить, что она была весьма тактична и обаятельна, но при случае — если того требовала ситуация — могла и матом покрыть. Лишь один раз Андрею довелось увидеть ее действительно разъяренной, и с тех пор он был твердо убежден, что хуже разъяренной Танюши ничего в мире быть не может.

— Какими судьбами, Танюша? — Андрей широко улыбнулся и подошел к девушке.

— Привет, Андрей, — Татьяна на секунду оторвалась от монитора. — Ты где пропадаешь?

— Да все копаю, — отмахнулся Андрей. — Что, опять машинка накрылась?

— А ну его, вечно ломается, — ответила Татьяна, имея в виду компьютер в «девичьем» кабинете. — Достал он меня уже. Посмотрел бы ты его…

— Почему бы и нет? — Андрей пожал плечами. — Ну и как спектакль? Со щитом или на щите?

— Под щитом, — ответила девушка и усмехнулась. — Запомнят они у меня этот день. Пошляки…

— Не сомневаюсь. — Андрей тоже улыбнулся. Ему было даже жаль бедного режиссера, острые коготки Татьяны не оставят на нем живого места. Впрочем, поделом ему.

В коридоре послышались голоса — похоже, посетители Марианны уходили.

— Ладно, Танюша, удачи тебе. Компьютер завтра посмотрю. Какой пароль, кстати? — «Мегера»… — шепотом ответила Таня.

Посетители действительно ушли. Увидев Андрея, Марианна радостно улыбнулась, она выглядела необычайно цветущей и жизнерадостной. Андрей едва заметно усмехнулся — не оставалось сомнений в том, что Нимрод побывал у неё этой ночью. — Здравствуй, Андрей. Все нормально?

— Конечно, — кивнул он. — Я только что от кинотеатра. Шилова увезли на «Волге», как договаривались. Мы свое дело сделали, остальное за твоим шефом. — Следил? — вскинула брови Марианна.

— Не следил, а контролировал! — Андрей назидательно поднял палец. — Как говаривал некто, это две большие разницы.

— Тогда будем ждать, — Мария пожала плечами. — Марычев обещал позвонить мне после семи.

— В самом деле? Тогда я тоже, пожалуй, останусь — все равно дома делать нечего. Заодно компьютер у девчонок посмотрю. Вот, кстати — если все получится, пусть твой Марычев на новые компьютеры раскошелится.

— Если все получится, — Мегера посмотрела на него с легкой задумчивостью. — Андрей, я вчера говорила с Вадимом. Он хочет забрать меня с собой. — А редакция?

— Я не знаю, Андрей. Он говорит, что все это мне больше не нужно. Что там, где он живет, гораздо лучше. Это правда?

Господи, что же ответить ей? Ведь не понимает ничего, дурочка — не хочет понять. Не смог он ее уберечь, и ничего теперь от него не зависит.

— Да, — сказал он после затянувшейся паузы: — Там действительно лучше. Тебе понравится.