– Вы догадались?

– Это не сложно. Думаю, что приглашение на обед от лорда Гварди послужит веским основанием для того, чтобы заставить моего хозяина вспомнить, в какой руке нужно держать вилку.

Старый лорд рассмеялся, и заговорщики двинулись в глубь сада, обсуждая, как лучше и быстрее познакомить поближе молодых людей. Через два часа лорд Гварди вернулся домой и как бы невзначай предложил племяннице устроить званый обед. Согласившись, девушка начала лихорадочно искать предлог, под которым могла бы пригласить графа Местеро, но старый лорд оказался хитрее.

Категоричным тоном он заявил, что список приглашённых составит сам и споров по этому поводу не потерпит. Огорчённо вздохнув, Флорис отправилась к себе в комнату.

С раннего утра слуги метались по коридорам как угорелые, моя, протирая и начищая всё, что попадётся под руку. После полудня у ворот остановилась карета, из которой, опираясь на трость, вышел граф Местеро. Сопровождаемый старым дворецким, он прошёл к дому, на пороге которого стояли лорд и герцогиня.

Пряча довольную усмешку в седые усы, старый лорд искоса поглядывал на племянницу, щёки которой запылали румянцем. Покосившись на Гунтара, Вульф тихо проворчал:

– Старый сводник. Вот погоди, вернёмся домой, отправлю тебя конюшни чистить.

– Только попробуй, – нахально ответил старик и, усмехнувшись, добавил: – Ещё спасибо скажешь. Ворчун.

Выступив вперёд, он представил своего хозяина и согласно этикету спросил, могут ли они войти. Старый лорд ответил, и гостей проводили в парадный зал, где уже был накрыт стол.

Взглянув на количество приборов, Вульф вопросительно посмотрел на Гунтара. Старый хитрец недолго думая переадресовал молчаливый вопрос, указав на хозяина дома.

Флорис была не меньше Вульфа поражена увиденным. Все расселись, и слуги подали первую перемену блюд. Молчание затянулось. Наконец хозяин нарушил тишину.

– Граф. Я пригласил вас с одной-единственной целью. Прошу вас, не удивляйтесь. Моя племянница так и не получила ответа на свои вопросы. Поймите меня правильно. То, что с ней произошло, оставило глубокий след в её душе, и я хочу помочь ей. Я стар. Такие волнения не для моего здоровья. Прошу вас, помогите мне развеять её боль и сомнения.

Слушая своего дядю, Флорис опустила голову и покраснела ещё больше.

– Дядя! – еле слышно, с укором произнесла она.

– Что, дядя?! – резко спросил лорд. – Ты думаешь, будто я не знаю о твоих ночных бдениях, когда у алтаря всю ночь горит свеча? Или я не вижу, как ты изводишься и таешь на глазах? Хватит! Я устал. Сегодня мы расставим всё по своим местам. Ты мечтала о мстителе. О человеке, который не просто уничтожит пирата, но будет ненавидеть его так же, как ты. Он перед тобой. Ты хотела спросить? Спрашивай. Граф – благородный человек и простит мне мою дерзость. Я готов понести любое наказание, граф, но только после того, как вы поможете моей воспитаннице.

– Хорошо, милорд. Я подумаю, какое вам устроить наказание, – чуть улыбнувшись, пошутил Вульф. – Я готов, миледи. Спрашивайте.

Смутившись от общего внимания, девушка опустила голову и тихо произнесла:

– Расскажите о себе.

Отложив вилку, Вульф глубоко вздохнул и начал рассказ. Это была грустная и страшная исповедь человека, прошедшего сквозь ад рабства и пламя ненависти. Слушая его, все присутствующие невольно содрогались, не понимая, как можно пережить такое и не потерять человеческий облик. Не сойти с ума и не стать монстром, похожим на своих мучителей.

Вульф замолчал и выпил вина. Старый лорд смотрел на него с удивлением, граничащим с восхищением.

– Простите нас, граф, – произнёс он, пригубив свой кубок, – простите, что заставили снова пережить весь этот кошмар. Ну, Флорис, ты удовлетворена? Если после всего услышанного ты скажешь, что это не тот, о ком ты молила богов, я прикажу запереть тебя в башне как сумасшедшую.

– Нет, милорд. Это ни к чему. Граф – именно тот человек, которого я ждала шесть лет, – срывающимся от слёз голосом ответила девушка. – Граф! Простите меня! Я возвела своё горе на недосягаемую высоту и думала, что такое не дано пережить другим. Ваша боль страшнее. Простите мой эгоизм. – Она порывисто встала и выбежала из зала. Мужчины замолчали. Вздохнув, старый лорд усмехнулся:

– Весёленький получился приём. И поделом мне, старому дураку.

– Не казнитесь, милорд. Я придумал вам наказание. Сейчас мы будем пить. Пить и есть, топя в вине тоску и злые воспоминания.

– Но ваша рана…

– Моя рана не означает, что я не могу пить вино и слушать весёлую музыку. Командуйте, – усмехнулся Вульф, и мужчины взялись за кубки. Вино потекло рекой, орошая съеденное и гася пожар, вызванный пряностями.

К вечеру оба были настолько пьяны, что не могли связать двух слов. Слуги осторожно подняли обоих и разнесли по комнатам, уложив в постель.