Они несколько раз проплыли туда и обратно рядом, не произнося ни слова. Затем Френни ухватилась за борт и выбралась из воды. Реймон последовал за ней, заметив, что Мэй приближается к ним с подносом в руках.

— Просто освежиться или стряхнуть досаду? — осведомилась Френни.

— Досаду? С чего ты взяла?

— Жара, спад в экономике, Билли Рей Бомонт в Гармонии.

— Я сегодня видел его в городе, — неохотно признался Реймонд.

— Одного или с твоей мамой?

— С Селиной.

Реймонду нравилась младшая дочка Хантеров. Он помнил, что в детстве ее роскошные волосы всегда были заплетены в косички. Ее сестра рано стала зрелой девушкой, веселой и вызывающе смелой, а Селина развивалась медленно. Но в какой—то момент она превратилась из долговязого подростка в самую красивую женщину, которую Реймонду доводилось видеть. Перемена проходила так незаметно, что Реймонд был поражен, осознав, что она произошла. Мать таскала ее с собой в банк — тихую голенастую девчонку, а в один прекрасный день Реймонд взглянул на нее и понял, что перед ним привлекательная, сексапильная женщина — сама не подозревающая об этом. Впечатление было тем более сильным, что Реймонд не сомневался в ее девственности.

Нет, он никогда не предпринимал никаких попыток. Она была слишком молода. А он женат.

Когда Селина приобрела некоторый опыт, она утратила неповторимость своего шарма. Ричард Джордан лишил ее не только девственности, но и чего—то большего.

— Думаешь, он ее добивается?

Реймонд очнулся от своих мыслей.

— Мне все равно, кого он добивается. Лишь бы он занимался этим в другом месте.

Френни развернула свой стул и положила одну ногу на колени Реймонда.

— Ты всю жизнь ненавидишь Билли Рея. За что?

— Он пытался ограбить нас до нитки. Этого мало?

— Он взял всего несколько сотен долларов. И это было перед самым его отъездом. Но ты и раньше не лучше к нему относился.

— Точнее было бы сказать — несколько тысяч, — поправил жену Реймонд. — Вспомни, он обокрал и маму.

— Мне кажется, ты больше всего злишься из—за того, что он взял у Роуз. — Она насмешливо взглянула на него и покачала ногой. — Я не о драгоценностях.

Реймонд начинал злиться, но ему не хотелось этого показывать, хотя Френни трудно было обмануть, она слишком хорошо понимала его.

— Тогда о чем?

Он отставил стакан и принялся массировать изящную ступню Френни обеими руками.

— Ее любовь. Ты был уже взрослый, жил своей жизнью. Мисс Роуз нужно было любить кого—то, вот она и выбрала себе Билли Рея. Она не была его родной матерью, а значит, ей не нужно было мириться с тем, какой он есть. Она его выбрала.

— Чушь. Она твердила, что выполняет свой христианский долг. — Эти слова Реймонд произнес с нескрываемым отвращением. — Да от него отреклась его собственная мать. А Роуз сделала то, чего от нее ожидали.

— Наверное, сначала так и было. А потом она полюбила его как сына. Хотя единственный ее настоящий сын — ты.

Френни забросила ему на колени и вторую ногу. Купальный костюм плотно облегал ее торс. Она была так же красива, как и двадцать пять лет назад.

Они познакомились на студенческой вечеринке. Реймонд нуждался в женщине. Ему хотелось девственницу, поскольку он любил неопытность и невинность. Во Френни он нашел нечто большее. Не только девственность (хотя, как выяснилось, она и в самом деле еще не была с мужчиной). Она была ненасытной и стремилась испробовать все. В ней была яростная страсть, от которой у Реймонда даже теперь кружилась голова.

А лучше всего было то, что она происходила из богатой семьи. Не обеспеченной, как семья Кендалл, а богатой. В полном смысле этого слова. Они были женаты двадцать один год, и она не надоела Реймонду. Иногда его даже пугала мысль о том, как он любит ее.

— Неважно, что я думаю про Бомонта, — отрезал он. — Главное, как от него избавиться.

— Не уверена, что нам стоит что—то предпринимать. По крайней мере, до тех пор, пока Роуз хочет, чтобы он оставался с ней. Человек, который ни в одном городе не жил больше нескольких недель, надолго здесь не задержится.

— Ты что, с ума сошла? Мама будет кормить этого бездельника, покупать все, что он захочет, даст ему крышу над головой. Он будет только плевать в потолок в моем доме и принимать ее заботу.

Френни задумчиво кивнула.

— В воскресенье она приедет к обеду, тогда и поговори с ней. Ты сумеешь ее обработать. Только ради бога, Реймонд, не надо так грубо нападать на Бомонта. Твоя мать готова защищать его так же, как тебя или Меридит, а может, и больше — из—за его происхождения. Если ты будешь настаивать на его отъезде, она только заупрямится.