— Здесь паршиво, — согласилась с ней Рэчел. —Как будто уличных зазывал смешали с учителями физкультуры, а потом заставили всех выпить десять чашек кофе сразу.

— Да, уж слишком они веселы, — вынужден был признать Марко. — Я от каждого слышу, как быстро он избавился от своих проблем, вступив в «Сопричастность». Такое впечатление, что здесь у них культ удовольствий.

— Мне хочется пробраться на их тайное заседание, — сказал я. Нужно же узнать, в чем тут дело. Нужна уверенность. — Давайте—ка отойдем от костра вон туда, к вышке спасателя.

— А как ты попадешь на их собрание? — поинтересовался Марко.

— Вряд ли они обратят внимание на бродячую собаку…

— Бродячую?·Круто! — одобрил Марко.

— Отличная идея, — согласилась Кэсси. —

Я бы присоединилась к тебе, Джейк, но ведь я лошадь. Кобылу то они сразу заметят.

Я огляделся по сторонам — вокруг никого не было. Поднял голову вверх, и через пару секунд откуда—то с неба бесшумно скользнул Тобиас. Он сел на вышку, прямо у нас над головами.

— Что происходит? — обратился ко всем сразу Тобиас.

— У постоянных членов клуба сейчас какой—то сбор, — объяснил я.— Тебе известно, где они собрались?

— Конечио. С моим зрением я и мышь рассмотрю между дюнами, отличную, аппетитную мышь

— Опомнись, Тобиас! Вряд ли стоит жрать мышей только потому, что ты находишься в теле ястреба. А потом тебе захочется крыс?

Тобиас не ответил. Может, его обидел мой вопрос. А может, хуже того, и нет.

— Так где же сейчас постоянные члены?

— На пляже, метрах в пятидесяти отсюда. Там есть такая впадина между дюнами, похожа на бутылку. Вокруг стоят какие—то молодчики — охрана, что ли.

— Отлично, — кивнул я. — Слушай, Тобиас, ты пробыл птицей уже больше часа. Не пора ли назад?

— Нет. Я еще полетаю.

— Брось валять дурака. Давай к нам. Свое дело ты уже сделал.

— Мм—м—м… Тут кое—какие проблемы. У меня же нет одежды.

— Она вся в сумке у Марко. Рэчел и Кэсси отвернутся, пока ты будешь трансформироваться.

— Видно, пора мне, мальчики, научить вас, как нужно возвращаться в собственные штаны, улыбнулась Кэсси.

Но Тобиас все еще колебался.

— Ненавижу возвращаться. Как будто тебя в клетку сажают. Без крыльев я чувствую себя совсем погано.

— Тобиас, но ты же всегда сможешь вернуться, — разумно заметила Рэчел. — Давайте же, ребята, я отвернусь, чтобы не оскорбить вашу стыдливость.

Я сделал глубокий вдох, в конце концов, это был только второй мой переход. Мне все еще казалось странным; что стоит только напрячься — и тут же начнешь превращаться в пса. Но вот я сосредоточился, почувствовал, как зачесались руки и ноги — ДНК Гомера и технология андалита начали свою работу.

И тут же я увидел, как из когтей ястреба показались нежные детские пальцы. Тобиас тоже не терял времени даром.

— Не забывай о своем человеческом достоинстве, — посоветовала Кэеси. — Не вздумай гоняться за кошками! Держи себя под контролем!

Я хотел сказать: «Да, знаю», но вышло нечто вроде «рроу—рроу, авв!». Процесс, похоже, зашел уже слишком далеко. Зато я услышал свой ответ:

— Да, Кэссu, знаю. Не беспокойся.

— Представь себе, беспокоюсь, — ответила она.

Холодным носом я ткнулся в ее ладонь, и Кэсси провела ею по моей голове. Затем я бросился в дюны.

Не зря она меня предупреждала. Песок, чириканье каких—то поздних птах, отблеск звезд на воде — все отвлекало, все требовало собачьего внимания.

В траве что—то вдруг шевельнулось, подпрыгнуло и бросилось наутек. Не успев сообразить, в чем дело, я понял только, что уже рванул следом. Кто—то несся впереди, я мчался за ним. Мышь? Суслик? Не знаю — небольшая тень успела нырнуть в норку. Я бешено заработал передними лапами, расширяя отверстие, и только тут опомнился: «Эй, Джейк, ты здесь вовсе не для этого! Прекрати!».

Усилием воли я заставил себя медленной трусцой двинуться в нужную сторону. До ушей доносился чей—то негромкий говор. Дальше я решил пробираться ползком, почти мгновенно вспомнил, что собаки не ползают. Они либо ходят, либо бегут. Начни я вести себя, как шпионский пес, на это сразу же обратят внимание.

Поэтому я начал лениво перебирать лапами: ничего необычного, просто псина решила прогуляться по берегу. Со свисавшего изо рта языка на песок падали капли слюны, из стороны в сторону беззаботно раскачивался хвост. Главное: не попасться на глаза Тому, все—таки я был точной копией Гомера.