– Взгляни на себя! – иронично вымолвил землянин. – Ты жалок. В прозрачной барокамере совершенно голый, с подключенными трубками и проводами, в мутной противной жидкости. Пришло время платить по счетам. Души, загубленные тобой, требуют возмездия.

– Какой пафос! – язвительно произнес Великий Координатор. – Плевал я на невинно убиенных. Мне ничуть не жаль тасконцев. Они сами сделали тысячи ядерных ракет. Только дурак не воспользуется подобной ситуацией. Обидно, но я допустил тот же промах. Давно следовало построить три-четыре запасные резиденции, соединенные подземными тоннелями. Увы, всего не предусмотришь… Признаюсь честно, не ожидал, что на Тасконе сохранилась высокоразвитая цивилизация. А тут еще объявились воины Света. Не повезло… Но мое предложение остается в силе. Создадим могущественный союз.

– Нет, – отрицательно покачал головой Олесь. – Я никогда не нарушаю данные клятвы. Слишком дорого мы заплатили за победу.

– Клятвы, – передразнил правитель. – Откуда этот пережиток варварства? Каждый за себя. Впрочем, у меня есть для тебя маленький сюрприз. Белаун, выходи!

Из-за постамента вышел человек в черной военной форме службы охраны. В первое мгновение русич даже не узнал аланца. Потемневшее лицо, провалившиеся щеки, низко опущенные глаза. Казалось, что Вилл стал меньше ростом. Переминаясь с ноги на ногу, Белаун боялся посмотреть на Храброва.

– Как видишь, нет ничего невозможного, – вымолвил тиран. – Один воин Света уже на моей стороне. Главное, согласовать спорные вопросы.

Последние слова диктатора мало интересовали землянина. Олесь ждал от товарища оправданий. Однако аланец молчал, и пауза затягивалась.

– Черт подери! – не выдержал русич. – Как ты мог, Вилл? Ведь Линда на Униме спасла тебя от верной очерти. Семь лет! Семь лет мы были вместе. Неужели твоя душа настолько прогнила?

– Прости, – едва слышно прошептал Белаун. – Я… я испугался…

– Чего? – спросил Храбров. – Смерти? Никто не живет вечно. Скажи лучше, как ты дошел до предательства?

– Меня внедрили на секретный завод, – проговорил аланец. – Легенда оказалась паршивой и проверку не выдержала. Последовал арест, а затем допрос с пристрастаем. Я боролся… Но, когда Великий Координатор начал копаться в моих мозгах, понял, что силы иссякли. Лгать не буду… Умирать не хотелось. И уж тем более становиться сумасшедшим. Кроме того, я боялся невольно раскрыть тайну хранителей. Пришлось выбирать из двух зол меньшее. Чтобы палачи отстали, потребовались жертвы: связники, явочные квартиры, канал переправки.

– Почему ты не сбежал? – удивился землянин.

– Ученые правителя имплантировали мне в голову специальный чип, – ответил Вилл.

– Но ведь Линду ждали такие же мучения! – возмутился русич.

– Я надеялся, она сумеет скрыться, – тяжело вздохнул Белаун. – Служба безопасности не ведет слежку за людьми, которым покровительствует Великий Координатор. К сожалению, события вышли из-под моего контроля.

– А как же «Кондекс»? – произнес Храбров. – Ты мог рассказать все после изъятия.

– Кому? – с горечью усмехнулся аланец. – Той комиссии, что вела допрос? Поведать о целесообразности измены ради сохранения призрачной тайны? Олесь, это абсурд. Догадаться о проверке труда не составило. Провал фирмы планировался заранее. У меня появился шанс подобраться к тирану вплотную, и я им воспользовался. В том, что он воин Тьмы, сомнений не было. Вину надо заглаживать кровью! Желаю тебе удачи. Если уцелеешь, извинись за меня перед Жаком. Я не желал Линде зла…

– Ах ты, подлец! – испуганно закричал правитель. – Уничтожить врагов!

Реакция диктатора несколько запоздала. Во время разговора Вилл приблизился к русичу и сейчас, схватив с пола карабин, трижды выстрелил в барокамеру. Лазерные лучи пробили прочное бронестекло. В сооружении образовались огромные дыры. Из них хлынула маслянистая молочная жидкость. Кроме того, одна красная линия, прочертив воздух, угодила точно в находящегося внутри человека. Великий Координатор сразу обмяк и бессильно опустил руки.

В тот же миг ударили скорострельные орудия. Храбров в последний момент, совершив прыжок, спрятался за постаментом. Тем не менее, промелькнувший рядом луч обжег левое плечо. Повернув голову, Олесь наблюдал, как прошивается насквозь тело Белауна. Аланец даже не пытался укрыться. Постояв пару секунд, он рухнул на пол. Теперь настала очередь русича.

Храбров должен был умереть, но ему повезло. Лазерные пушки, потеряв управление, открыли огонь по движущимся целям. Ими оказались двое посвященных. Напуганные неожиданным вторжением Олеся, они не рискнули вмешиваться в беседу, а после гибели вождя бросились к убийце. Орудия переключились на аланцев, а русич получил передышку секунд на десять. Наша судьба часто зависит от подобных мелочей.

Расстрелянные сотрудники еще падали, а в зал уже ворвался взвод тасконских штурмовиков. Завязалась отчаянная схватка. Через пару минут бой прекратился. Разбитые турели, безжизненные тела у входа, крики и стоны раненых. Уцелевшие солдаты, держа оружие наизготовку, рассредоточились по убежищу. К Храброву устремились взволнованные земляне. Олесь поднялся и не спеша двинулся навстречу друзьям.