– Вас давить надо, как паразитов, – с ненавистью выдохнул Светлов.

– Э, зачем так говоришь? Что я тебе плохого сделал? Девочку предложил, так ты сам отказался. Теперь смотри, как другие с ней забавляются.

Ира не помнила, сколько бандитов ее уже изнасиловали. Боль внизу живота была постоянная, не отпускающая ни на секунду. Облегчение наступало, лишь когда она теряла сознание. Но ее приводили в чувство, и боль возвращалась опять. Как только Ира проваливалась в небытие, ее били по щекам и брызгали в лицо водой или снегом. Ира лежала на спине, устремив взгляд в потолок и ничего не видя вокруг себя. Боль распространилась по всему телу. Зато Ире стало теперь казаться, что такую боль можно терпеть.

Ира Скворцова умирала.

Какой-то чеченец закричал около нее:

– Да она совсем ни на что не реагирует. Будто куклу е… И куда ей можно… У нее же все в крови – ничего не видно.

Этих слов Ира уже не слышала. С каждым толчком вытекающей из нее крови силы покидали девушку. Грудь Иры вздымалась все реже. Дыхание замедлилось и наконец совсем остановилось. Черты лица разгладились, словно боль в последнюю секунду отпустила ее. Ира Скворцова умерла.

– Сдохла. Сдохла, дрянь! Клянусь Аллахом, сдохла! – закричал чеченец.

– Почему ты сдохла? – Чеченец принялся трясти Иру. – Почему не подождала? Я же еще ничего не успел сделать. Как же мне теперь?!

Чеченец завыл от обиды. Он страшно завидовал другим бандитам, которые успели насладиться телом еще живой девушки.

– А ты гляди на нее и дрочи, – засмеялся Салтанов. – Можешь еще за сиськи потискать, пока теплые.

Смех главаря подхватили остальные бандиты, которые успели изнасиловать Иру, пока девушка была жива. Все еще привязанный к стеллажу Светлов закрыл глаза, слишком сильно они наполнились слезами. А Евгений Светлов не мог допустить, чтобы бандиты видели, как он плачет.

– Все, хватит! – резко оборвал смех Салтанов. – Девчонку прикройте чем-нибудь и вынесите во двор. Пусть лежит на морозе, вонять не будет. А здесь мы устроим наш штаб.

В помещении метеорологической лаборатории нашелся кусок брезента. Брезент разостлали на полу. И двое бандитов сбросили на него тело Иры. Евгений Светлов видел, как при этом голова Иры с силой ударилась об пол. Еще он увидел, что глаза Иры были открытыми. Его сердце сжалось от боли. Евгению казалось, что с открытыми глазами Ира даже мертвая продолжает испытывать страдания. Чеченец, тот самый, который не успел изнасиловать девушку, присел рядом с ней на корточки и с ненавистью заглянул в лицо. А потом двумя руками обхватил тело девушки и как куль выволок из вагончика.

Салтанов обвел взглядом помещение и увидел связанного Светлова.

– Этого отправьте к остальным. Руки не развязывать. А то наш герой еще выкинет что-нибудь.

Когда Светлова увели, Салтанов добавил:

– Принесите сюда рацию и скажите Пашаеву, что из этой комнаты мы будем вести все переговоры. Здесь очень удобный стол. Только отмойте его, а то рацию негде поставить.

Салтанов еще раз осмотрел помещение: «Да, это место вполне подходящее. Большой стол, на котором можно разместить сразу всю аппаратуру. Стеллажи вдоль стен. Больше ничего лишнего». Главарь террористов прошелся по лаборатории, собирая с пола Ирину одежду. Одежду он свернул в комок и засунул на один из стеллажей.

В это время неудавшийся насильник уже отнес труп девушки за вагончик и сбросил на снег. Убедившись, что за ним никто не наблюдает, бандит еще раз нагнулся к лицу девушки и вырвал из ее ушей золотые сережки.

Закончив разговор с Чернышовым, генерал Локтионов положил телефонную трубку. Сообщение с Пятигорском обеспечивалось агентством правительственной связи. И Локтионова заверили, что прослушивание телефонных переговоров исключено. «Подслушать разговор, ведущийся по этому телефону, невозможно, – вспомнил слова связиста Локтионов. – Наверное, командование войск химической защиты тоже считало, что похитить баллон с «VX» со склада химических боеприпасов из подземного хранилища невозможно. А террористы похитили и теперь выдвигают нам свои требования. Требование о признании независимости Чечни и установлении с ней дипломатических отношений, конечно, полная чушь. На это не пойдут ни Россия, ни другие страны. А вот полмиллиарда долларов – вовсе не чушь. Но террористы пока не сообщили, каким образом они хотят получить эти деньги. Значит, скоро должны опять позвонить».

Еще вчера в ФСБ был создан оперативный штаб по борьбе с террористами. Возглавил его начальник управления по борьбе с терроризмом генерал Локтионов. Штаб размещался в здании управления. Сейчас сюда были выведены линии связи из Совета министров, Совета безопасности, Министерства иностранных дел и администрации президента. Куда бы ни позвонили террористы, их звонок должны были переключить сюда, к генералу Локтионову.

Ровно в тринадцать часов по московскому времени в приемной председателя Совета министров раздался телефонный звонок. Дежурный секретарь снял трубку.

– Здравствуйте, – услышал секретарь хорошо поставленный голос. – Мы уже сообщили вам о ситуации, которая сложилась на международных спортивных играх в Пятигорске. Мы не хотим напрасной гибели людей. Мы хотим знать, приняты ли наши требования.

Секретарь смутился. За время своей работы в секретариате премьера он сделал тысячи телефонных звонков и тысячу раз сам отвечал по телефону. Но никогда раньше ему не приходилось разговаривать с террористами. Пока секретарь соображал, что ответить, его опередила молодая сотрудница технического отдела из управления генерала Локтионова. Девушка в качестве оператора принимала все телефонные звонки, поступающие в приемную премьера.