– Ох, объелся... Ян, ты так вкусно больше не готовь, – сказал он. – А то я стану толстым, как кабан...

– Хорошо, не буду.

– Ян, ну я же пошутил! Готовь-готовь!.. Сейчас бы пятьдесят капель для пищеварения...

– Обойдешься.

– Обойдусь. Легко... Э-эх, хорошо-то как!..

Ему действительно было хорошо. И ее, надо сказать, все устраивало. Вильям не пил, к ней не приставал, в постель к себе не тащил. Состоявшийся ужин очень сложно было назвать романтическим, но Яну на романтику и не тянуло. Ей нравилось в этой квартире, ее устраивало, что Вильям всем доволен. Она не хотела ложиться с ним, но ей хотелось быть хозяйкой в его доме. И это при том, что она должна была его ненавидеть...

Вильям лежал на диване и смотрел видео. Сказал, что друзья пару кассет подкинули. И еще заверил, что вечером обязательно пересмотрит эти фильмы, но уже вместе с ней... Ей тоже нравилось смотреть американские боевики, комедии и даже ужасы. И она ничуть не осуждала Вильяма за то, что он ей не помогает на кухне. И на том спасибо, что продукты раздобыл, а это уже полдела.

Вот-вот должны были прийти его родители, посмотреть, как живет сын. Наизнанку Яна ради них не выворачивалась, но все же старалась, чтобы угодить им. И отбивные, и курочка, оливье, селедка под шубой...

Накрыла стол, привела себя в порядок – приняла душ, высушила феном волосы, слегка подкрасилась, надела самое нарядное платье из тех, что у нее было.

Вильям сначала осмотрел ее критическим взглядом, затем восхищенно улыбнулся.

– Хороша. Даже придраться не к чему... А гардероб надо бы тебе обновить. Платье уже не новое. Да и тесновато... Родителям скажу, пусть денег подбросят. А где фирму взять, я знаю...

– Не надо фирму. Материала купим, платье сама пошью. Я умею...

– Не сомневаюсь. Руки у тебя золотые... И красивые руки...

Он поднялся с дивана, взял ее за руки, начал их целовать, нашептывая:

– Ты моя... Только моя... Никому, никогда...

Сначала ей было просто приятно, а затем где-то внизу живота всколыхнулась жаркая волна. И она не пыталась сопротивляться, когда Вильям уложил ее на диван, задрал подол и оголил полный тяжелый живот. Лизнул его языком повыше пупка, затем сделал то же самое, но пониже. И в этот момент в дверь позвонили.

– Твою мать! – возмущенно протянул он, помогая ей оправить платье.

– Не моя мать, а твоя, – иронично улыбнулась Яна.

– Ну да, моя...

Римма Борисовна поздоровалась с Яной кивком головы, даже признательно улыбнулась – дескать, спасибо, что не отказала сыну. Но первым дело провела пальцами по верхней полке вешалки в прихожей – проверила, есть пыль или нет. Не было.

– Хорошо, очень хорошо.

– Как настроение, хозяйка? – натянуто улыбнулся Филипп Михайлович.

Он смотрел на Яну с прохладцей во взгляде, но в то же время с определенным мужским интересом. Казалось, он видит в ней не только невесту сына, но хорошенькую женщину. Но ей, конечно же, это только казалось.

– Настроение отличное, – ответил за нее Вильям.

Он как надел с утра спортивный костюм, так в нем и оставался. А ведь мог бы и приодеться к приходу родителей.

– Живем, радуемся, так сказать, жизни...

– Это хорошо, что вы радуетесь жизни, – кивнул Филипп Михайлович.

Яна заметила, как поджал он губы, глянув на ее живот. Как будто что-то не так... Видно, не рад он ребенку, которого она ждала. Или считает, что Вильяму рано иметь детей, или не верит, что ребенок от него...

– Пахнет как вкусно, – заметила Римма Борисовна.

Она зашла в гостиную, где был накрыт стол. Замечания посыпались как из рога изобилия.

– Салфеточки можно было бы повыше поднять. Ножи и вилки неправильно лежат. Скатерть какая-то аляповатая...

Зато вывод был утешительным:

– Но в целом все хорошо...

Нарезанные колбаса и сыр на тарелочках не произвели на нее никакого впечатления. Зато ей очень понравились салаты.

– Ух ты, почти как у меня!

– Очень хорошо, – согласился Филипп Михайлович.

Но особенно ему понравилась отбивная в сырной корочке и на овощной подушке.

– М-м, пальчики оближешь...

И это была не показная, а вполне искренняя похвала.

– Телятина в сыре... И я сам как сыр в масле катаюсь, – широко улыбнулся Вильям.