— Милости просим, Рафаэль, царь родере города Сент-Луиса! — провозгласил Жан-Клод. Официальность приветствия соответствовала тону.

— Жан-Клод, мастер города Сент-Луиса, ты мне оказываешь честь, приглашая в свой дом. — Он перевел глаза на Ричарда. — Ульфрик клана Тронос Рокке, друг и союзник мой, благодарю тебя, что согласился видеть меня в столь раннее время.

Я стояла достаточно близко и слышала, как резко вдохнул воздух Ричард, и подумала, что при таком вдохе он сейчас что-нибудь столь же резкое скажет, но Ричард медленно выдохнул, хотя и неровно, и произнес почти нормально:

— Рафаэль, царь крыс, друг и союзник мой, здесь достаточно еды, будь как дома.

— Благодарю, — ответил Рафаэль и несколько расслабил плечи. Кажется, он тоже опасался реакции Ричарда.

Луи подошел к Ричарду, и они поздоровались по-мужски, рукопожатие-объятие, когда вроде как плечами стукаются. Я услышала слова Луи:

— Ты прости, что так.

Если Ричард что-то и ответил, то я не услышала, потому что Мика обратился к Рафаэлю:

— А леопарды — это такая мелочь, что можно даже не приветствовать ни их короля, ни королеву?

Из всех присутствующих меньше всего я бы ожидала вспышки от Мики. Судя по лицу Рафаэля, он тоже.

— Я не хотел проявить неуважение, Нимир-Радж.

— Хотел и проявил.

— Мика… — начала я.

Он мотнул головой:

— Нет, Анита, такое оскорбление мы спустить не можем. Этого нельзя делать.

— Ты наконец нашел то, ради чего стоит драться, Мика? — спросил Ричард.

Он посмотрел на Ричарда холодным взглядом:

— Как бы ты реагировал, если бы Рафаэль тебя игнорировал, но поздоровался со всеми остальными предводителями?

Лицо Ричарда полыхнуло гневом, но тут же стало спокойным.

— Мне бы это не понравилось.

— Жан-Клод, тебе нужно научить своих кошек себя вести, — сказал Рафаэль.

Это привлекло мое внимание, и не слишком доброжелательное. Я подошла к Мике, Натэниел подошел к нам, хотя чуть сзади. Мы — король и королева, а впереди царственных особ не встают даже те, кто живет с ними в одном доме.

— Мы не домашние кошечки, — сказала я.

— Ты — слуга-человек Жан-Клода, а у леопардов нет иной связи с мастером города, кроме как через тебя, Анита. С вампирами города они непосредственно не связаны.

Вокруг началось некоторое шевеление — телохранители нервозно переступили с ноги на ногу. Рафаэль даже на них не глянул — я глянула. На Клодию, которая покраснела.

— На чьей ты будешь стороне, если взовьются флаги войны? — спросила я.

— Ты правда думаешь, что можешь бросить мне вызов? — спросил Рафаэль, забавляясь ситуацией.

Я не отреагировала, не отвела глаз от Клодии. Мика смотрит на Рафаэля, и если мне нужно будет посмотреть на царя крыс, он даст мне знать.

— Клодия, Фредо, отвечайте! Вы — наши телохранители, но он — ваш царь. Если дело обернется плохо, мы можем на вас рассчитывать или нет?

— Это мои люди, — ответил Рафаэль. — Их верность принадлежит мне.

Тут я посмотрела на него наконец — не слишком дружелюбно.

— Тогда пусть выйдут отсюда, и немедленно. И чтобы тут же пришли гиены и волки.

— Они моим уступают по классу, — сказал Рафаэль.

— Пусть так, зато я хотя бы могу им доверять.

Клей уже включил рацию и передавал мое распоряжение.

Рафаэль обернулся к Жан-Клоду:

— Здесь у тебя командуют леопарды, Жан-Клод? Мне говорили, что это так, но я до сих пор не верил.

Он отвернулся от нас, как от несущественной мелочи.

Меня подмывало вытащить пистолет, но я знала, что мне ни за что не успеть, когда здесь Фредо и Клодия. Еще важнее, что я не собиралась все же стрелять в него из-за оскорбления, а пистолет никогда нельзя вытаскивать, если не собираешься стрелять. И я не собиралась, но уж очень мне хотелось хоть как-то стереть надменность с физиономии Рафаэля.

В комнату рысью вбежали волки и гиены — нашего народу стало сразу больше, чем крысолюдов. И узел, свернувшийся у меня под ложечкой, стал чуть слабее.

— Рафаэль, — спросил Ричард, — зачем ты это делаешь?

— Что именно? — переспросил он. — Обращаюсь с леопардами как силой меньшей, чем им хочется себя считать?

Тут Ричард позволил себе выразить свое искреннее удивление:

— Ты нарочно хочешь довести Аниту?

— Я пришел для переговоров с мастером города и его триумвиратом власти. Его подвластным зверем и его слугой-человеком.

— Я еще и королева леопардов, и мой подвластный зверь — леопард, — сказала я. — Нельзя оскорблять половину моей силы, если ты хочешь вести переговоры с другой половиной.