– Так ведь мама князя, - растерянно повторила Варвара.

– Потому и говорю, зелье сделай, а с рецептом подумай.

– Мне он просто так, от лесной колдуньи, что рядом жила, достался, - размышляла вслух девушка.
– И дар мне разве не для того дан, чтобы людям помогать?

– Варенька, - Стоян встал и заходил по комнатке.
– Ты скажи мне, это зелье простой человек сам сварить сможет?

– Нет, - покачала головой Варвара.
– Там заговор с привлечением ветра и компоненты редкие.

– Вот видишь, значит, Смолена рецептик отдаст кому-то из своих ведунов, а тот, ей может, и бесплатно варить будет, но другим-то за деньги. И поверь мне, не малые деньги.

– Ох, Стоян, - неуверенно прошептала девушка.

– Я не настаиваю, просто советую. Вот собственно все, что сказать тебе хотел, - Стоян еще немного потоптался на пороге, а потом тяжело вздохнул и вышел.

– Стоян, - нагнала его у калитки Варвара.
– Подожди. Ты не знаешь, Лавр с кентаврами вернутся? Или они насовсем ушли?

– Не знаю, Варенька, - покачал головой колдун.
– Они так скоро уходили, что я даже поговорить с ним не смог. Князь предложил им всех своих к нам перевести, но примет ли его предложение Лавр, я не знаю.

После ухода Стояна Варвара долго ходила из угла в угол, раздумывая как ей поступить. Просто сварить зелье - не выход, его надо выпить хотя бы пару раз, чтобы результат был, а отдавать рецепт Стоян не советовал, походив так еще с пол часа и доведя до белого коленья своего домового, Варвара села переписывать рецепт.

– Ай, - запрыгала она на пороге, ухватившись за ногу.
– Ай, - валенок полетел в сторону, а Варвара на пол.
– Да что же так зачесалось то? К чему там у нас нога чешется? Не помню, - надев обратно валенок, Варвара вышла из дома.

На главной площади девушка притормозила, засмотревшись на небо, но нет, это была просто птица, а не Дракон.

– Здравствуй еще раз ведунья, - вышла ей на встречу Лада, служанка Смолены.
– Посмотрела рецепт?
– спросила она с усмешкой.

– Да, я его нашла и вот шла к вам...

– Чтобы продать его подороже?
– перебив ее, предположила женщина.
– Совести у тебя нет. Молодая ведь еще, а уже такая бесстыжая. Где это видано на чужой беде наживаться? Да ты хоть знаешь от чего это лекарство? Знаешь, какие боли испытывает наша бедная княгиня? А все туда же, продать подороже. Тебе дар богами дан, чтобы ты людям помогала.

– Я..

– Думаешь, если своего князя приворотными зельями опоила, голову ему задурила заклятиями, то все можно? Что глазами хлопаешь? Думала об этом никто не узнает?

– Что? Да как вы...

– А вот смею, смею, Радомир у меня на глазах вырос, и я не позволю какой-то там бродяжке дурить ему голову.

На площади собирались люди, с интересом наблюдая за происходящим, не часто в Быстрограде бывали скандалы, да еще и такие.

– Думаешь, отвела глаза Стояну и Радомир твой? Не получится, девочка. Тебе этого никто не позволит. Ишь ты, что задумала из нищеты сразу в княгини. Не бывать этому.

Варвара не могла сказать не слова, у нее внутри все, казалось, рухнуло и разбилось. Она ведь никогда.... Даже в мыслях не было.... Или было? Нет, никогда она не думала князя приворожить, да, любила, да, мечтала, но ведь никогда. О боги, а люди смотрят и уже шушукаться начинают.... Варвара смяла листок, который держала в руке и бросилась прочь и уже дома, рыдая на кровати, вспомнила к чему так сильно чешется нога. К дальней дороге. И забытая прядь к тому же.

– Варвара, ты дома?
– постучалась в дверь Любава.
– Что там люди на площади говорят, будто ты князя приворожить пыталась? Ты что плакала?

– Я не пыталась, - снова заревела ведунья.
– Никогда не пыталась.

– Тогда чего ревешь?

– Почему она со мной так и ведь ей поверили. Поверили. Оставь меня одну. Пожалуйста.

– Как скажешь, - обиделась Любава - Я к ней со всей душой, а она..., - бурчала колдунья, выходя за ворота.
– Ну, раз ей так хочется, то пусть дальше одна ревет.

Князь вернулся с объезда ближних деревень под вечер и ему тут же рассказали о происшедшем днем.

– Когда это произошло?
– спросил князь и бросив на мать убийственный взгляд.

– После обеда, - виновато опустила глаза Смолена.
– Сынок, я Ладу уже отругала, она извинится. Если хочешь, прилюдно извинится, но...

– Никаких но, - отрезал Радомир.
– Сначала извинится, а потом я ей язык оторву, чтобы думала, прежде чем трепать честное имя Варвары, - и князь, громко хлопнув дверью, вышел вон.