– Скажите, что случилось с Пуласки?

– Боюсь… – опять начал инспектор Гленн, но тут у него зазвонил мобильник, и он стал разговаривать вполголоса, поглядывая на эсэсдэшников. Наконец инспектор закончил.

– Скажите же, что случилось с Роном Пуласки! Я хочу знать немедленно.

В дверь позвонили, и Том вместе с Мелом Купером впустили в лабораторию новых гостей. Один был крупный мужчина с карточкой на груди, удостоверяющей, что он агент ФБР; второй… Рон Пуласки, закованный в наручники.

Броктон указал на стул, и агент ФБР усадил на него молодого полицейского. Пуласки, похоже, был жив-здоров, хотя явно находился в состоянии нервного потрясения, его одежда помята, перепачкана пылью и кровью. Уитком тоже сел и, ни на кого не глядя, осторожно потрогал повязку на носу.

Сэмюэл Броктон показал Райму свое удостоверение.

– Я агент исполнительно-правового отдела Департамента национальной безопасности США. Марк – мой заместитель. Ваш сотрудник напал на федерального агента.

– Который не представился и угрожал мне оружием! А еще..

Исполнительно-правовой отдел ДНБ? Райм и не подозревал о его существовании. Впрочем, в такой большой закрытой конторе, как Департамент национальной безопасности, структурные изменения чередуются, как неудачные модели автомобилей на конвейерах Детройта.

– Разве вы не работаете в «ССД»?

– Территориально мы находимся в «ССД», однако работаем на федеральное правительство.

Чего же такого успел натворить Пуласки? Чувство облегчения, наступившее у Райма после ожидания самого худшего, постепенно сменялось раздраженностью.

Желторотик хотел было продолжить, но Броктон велел ему молчать. Однако Райм заявил седовласому агенту суровым тоном:

– Нет, пусть говорит.

Броктон поколебался, затем кивнул в знак того, что готов взять тайм-аут. Его глаза выражали терпеливую уверенность – мол, Пуласки или кто угодно могут говорить что угодно, ему до фонаря.

Желторотик рассказал Райму, как встретился с Уиткомом, надеясь с его помощью вызволить Дженни из тюрьмы Ай-эн-эс. А когда тот предложил ему сорвать расследование дела «5-22» и, услышав отказ, выхватил пистолет и наставил на него, Пуласки ударил Уиткома по лицу запасным револьвером, после чего они сцепились в схватке.

Райм немедленно задал вопрос Броктону и Гленну:

– Чем вам помешало наше расследование?

Броктон, видимо, только сейчас заметил, что Райм инвалид, но тут же перестал обращать внимание на это обстоятельство как несущественное и произнес невозмутимым баритоном:

– Мы пытались договориться по-хорошему. Если бы господин полицейский не заартачился, не пришлось бы прибегать к крайним мерам. Ваше расследование слишком многим причиняет головную боль. Лично меня на этой неделе должны были заслушивать в конгрессе и министерстве юстиции, но я был вынужден все отменить и сорвался сюда разбираться, что же, черт возьми, происходит… Так, а теперь строго между нами! Все согласны?

Райм буркнул, что согласен, и Купер с Пуласки к нему присоединились.

– Исполнительно-правовой отдел ДНБ занимается, помимо прочего, анализом террористической угрозы и обеспечением безопасности крупных частных компаний, являющихся важной составной частью национальной инфраструктуры. К ним относятся гиганты в сфере нефтяного бизнеса, авиалинии, банки. А также дейта-майнеры вроде «ССД». Во всех этих компаниях мы имеем наших постоянных агентов.

Недаром Броктон так много времени проводит в Вашингтоне, подумал Райм, вспомнив, что рассказывала о нем Сакс.

– Раз так, зачем вы прикидываетесь сотрудниками «ССД»? – негодующе выпалил Пуласки. Таким рассерженным Райм его еще никогда не видел.

– Специфика стоящих перед нами задач требует, чтобы мы действовали под прикрытием, – объяснил Броктон. – Понятно, почему системы перекачки нефти и газа, крупное производство медикаментов и продуктов питания представляют собой желанные цели для совершения терактов. Только вообразите, каких бед можно натворить, добравшись до массива информации, находящегося в расположении «ССД». Вся наша экономика перестанет нормально функционировать, если будет нарушена работа компьютеров. А что произойдет, когда наемные убийцы разузнают о передвижениях высших руководителей страны и политических деятелей, получат доступ к их личным данным, хранящимся в innerCircle?

– Это вы подменили результаты анализа крови Лона Селлитто?

– Нет, наверно, тут поработал ваш подозреваемый – «5-22», – ответил инспектор Гленн. – И он же подстроил арест жены Пуласки.

– Тогда почему вы хотите остановить расследование?! – гневно воскликнул Пуласки. – Разве сами не видите, насколько опасен этот преступник? – Он обращал свою речь к Марку Уиткому, но тот продолжал сидеть, понурив голову и не принимая участия в разговоре.

– Мы составили психологический портрет «5-22» и пришли к выводу, что он запределыцик.