Я — кобра. Я не обязана следовать их законам. Я жрица Змееликой, убийца, а не очередная «невеста». Тем более я не лягу с Шайтаном. Никогда.

Так что у меня были причины побудившие задуматься о самом простом выходе из тупика. Для жриц моей богини совсем не зазорно уйти из жизни. Конечно, обычно они выбирают объятия живых сестер, а не мертвый яд, но в данном случае не до привередливости. Это действительно будет правильно. Волк сможет заявить, что я не смогла пережить поражения и решила уйти, Змееликая подтвердит, что на все я пошла добровольно. Все останутся довольны. И я, наконец, обрету свободу.

Я больше не сомневалась в верности своего решения. Ко мне никто не привязан, да и я не особо верю в ценность семейных уз в радужном клане, так что оплакивать меня будет некому. А волк должен жить. Без него серебряные исчезнут так же как когда-то черные, белые и янтарные. Да, мы слишком многое потеряли, чтобы теперь лишиться еще одного клана.

Я проколола кинжалом ладонь и чуть надавила подушечкой большого пальца на алмаз. Яд, пробежав по желобку внутри лезвия, попал в рану. Онемение быстро расползлось по руке. А еще холод…

Как же хотелось согреться, почувствовать чужую близость рядом, впитать в себя тепло другого тела…

Я устало опустилась на пол, зябко обнимая себя за плечи. Сон уже подкрадывался к сознанию.

Прости меня, Змееликая. Другого выхода просто не было…

И спокойной ночи…

Лоурес кай Вулф

К рассвету я закончил все, что можно было завершить в такие сроки: привел в порядок клановую переписку, подшил, наконец, отчеты с проведенных за последний год Советов в общую папку. Единственное, что расстраивало — так и не завершенный эксперимент, но алхимиков моего уровня в клане все равно нет, а значит и передать записи будет некому.

Ладно, когда-нибудь кто-нибудь сумеет закончить мою работу, а остальное значения не имеет.

Нет, ну надо же было так попасть! Хорошо еще, что клан останется в надежных руках. Марк хоть и посредственный алхимик, но вот дипломат от бога — даже вампиров заболтал, а это о многом говорит. Не представляю, что бы я стал делать и кому оставлять клан, если его не было.

Что ж, с делами как бы разобрался, не мешало бы сходить и посмотреть, как там принцесса поживает, а то жрицы Змееликой на восходе просыпаются, как бы она чего не учудила спросонья.

Комната меня встретила все тем же пейзажем, более уместном во время войны: вещи разбросаны, первая половина мебели перевернута, вторая — заметно покосилась. Мда, славно вчера порезвились. Лучше надо себя в руках держать, Лор, — луч-ше! Принцессу я нашел по-прежнему спящей, вот только почему-то теперь она спала на полу. И что она там могла забыть? Ведь холод не переносит, как и любая другая рептилия, а ковер хоть и уютный, с длинным ворсом, но не греет же!

На краю сознания неприятно шевельнулось запоздалое воспоминание. Кинжал!

Я бросился к принцессе, уже нисколько не сомневаясь в том, что увижу.

Пресветлый Осирис! Мало мне проблем, ты решил мне еще и труп королевских кровей подбросить? Не дождешься!

Первым делом я убедился в наличие пульса у этой жертвы суицидальных мыслей и только после этого позволил себе спокойно вздохнуть. Яд был медленного действия — хоть в чем-то повезло. А это у нас что такое?

Я, осторожно разжав пальцы девушки, аккуратно взял в руки ее оружие и нажал на потайную пружину. Маленький сосудик для яда поспешил показаться наружу. Небольшое количество молочно-белой жидкости еще имелось в наличии, что существенно упрощало поиски лекарства.

— Ну и дура же ты, змееныш. Нашла из-за чего травиться!

Сунув в карман сосуд с остатками яда, я осторожно взял на руки принцессу и поспешил в лабораторию. Надо как можно быстрее выяснить, что за яд и ввести антидот, пока к моим грехам не прибавилась смерть девчонки из радужного клана.

В лаборатории я первым делом сунул свою ношу в стазис-поле, а сосуд с ядом бросил в считывающее устройство алхимической станции. Вдавив на аппарате несколько кнопок, я убедился, что сканирование вещества идет как надо, и отправился будить Марка. Он хоть и посредственный алхимик, зато ему я могу доверять, а это уже не мало.

Маркус кай Вулф

Проснулся я оттого, что кто-то пытался высадить плечом мою дверь. Прекрасно зная, что такую манеру стучать имеет только одно существо в логове, к несчастью приходящееся мне братом, я решил, что спешить некуда. Лор любит ранние побудки, особенно ему доставляет удовольствие нарушать чужой сон.

Очередной удар сотряс дверь.

И что ему неймется? Такую девушку ему вчера прислал, а он уже на ногах! Эта-то его чем не устроила? Не того цвета глаза? Да нет светло-голубые вроде, как он и любит. И фигурка ничего, а как движется…