— Ну, хватит, у меня уже голова от тебя кругом идет. Где он сейчас? — спросил Филарет морщась, ему явно не хотелось ввязываться в эту свару между заведовавшим в монастыре хозяйственной частью Иовом и старцем Анатолием.

— Где же ему быть? В котельной у себя чай с сахаром с мирянами трескает, — зло ответил Иов, — Позвать?..

— Не надо, я сам к нему схожу… Да, ты передал ему мою просьбу, о том, чтобы он оставил послушание в котельной и перебрался в мою келью? — вспомнил Филарет.

— Передал, — хмуро ответил Иов.

— И чего?

— Ничего, спросил — знаю ли я, за что Каин Авеля убил?

— Занятно, — улыбнулся настоятель, — и за что?

— Ну, знаете, вы уже меня совсем обижаете, — вдруг огорчился Иов.

— Ладно, ладно, прости меня грешного. Иди, я сам с ним разберусь, — закончил неприятную аудиенцию Иова настоятель.

Иов почтительно поклонился и вышел из кельи Филарета.

— Как же, обидишь тебя, — сказал, оставшись наедине с самим собой, Филарет, но тут же перекрестился на висящий в кельи иконостас и промолвил: — прости мне Господи мои прегрешения, наставь меня на путь истинный и укрепи…

Истопник, он же старец Анатолий продолжал принимать мирян в своей кочегарке. На этот раз к нему вошла женщина лет тридцати с изможденным лицом. На руках у нее был худой, совсем высохший мальчик лет восьми с большими печальными глазами. Женщина вошла и остановилась в дверях.

— Сядь, — кивнул истопник на чурбак, заменяющий ему стол.

Женщина покорно села, придерживая ребенка на коленях.

— Чего с ним? — спросил истопник, глядя на ребенка.

— С крыши сарая упал, сломал ногу. Теперь вот бедро гниет. Уже четыре операции делали, ничего не помогает…

Из глаз женщины потекли слезы.

— Как зовут мальца? — спросил истопник.

— Колей, — всхлипывая, ответила мать.

— Коля, Коля, — позвал истопник.

Мальчик посмотрел на старца одними глазами, не поворачивая головы.

Отец Анатолий скрылся в своей маленькой келье и через секунду вернулся с иконой Богородицы. Поставил икону на полку в кочегарке.

— Вставай, — сказал он заплаканной женщине.

Женщина поднялась, все так же держа мальчика на руках.

Истопник взял чурбак, установил его прямо перед иконой.

— Ставь его сюда, — приказал отец Анатолий, указывая на чурбак.

— Да, как же… он же и сидеть-то толком не может, — удивилась женщина.

— Ставь, ставь… Я его с другой стороны поддержу, — приказал старец.

Мать взяла Колю подмышки и поставила на чурбак, поддерживая его сзади.

— Смелее, смелее… — ободрил истопник женщину.

Отец Анатолий перехватил мальчика с другого бока и приказал:

— А теперь молись, и я молиться буду. Бог милостив, он поможет.

И он стал читать молитву:

Молитвами святых отец наших Господи Иисусе Христе Боже наш, помилуй нас. Аминь

…Пересекаемое море жезлом древле, Израиль пройде яко по пустыни, и крестообразно Яве предуготовляет стези. Сего ради поим во хвалении чудному Богу нашему, яко прославися.

Милостивее Господи, услыши молитву раб Своих, молящихся Тебе.

В день печали, нашедшая на ны, к Тебе Христе Спасе, припадающее, Твоея милости просим. Облегчи болезнь раба Твоего, изреки нам, яко сотнику: иди, се здрав есть отрок твой.

Мольбы и моления с воздыханием к Тебе вопием, Сыне Божий: помилуй нас. Воздвигни со одра лежащего, яко разслабленнаго словом: возьми одр твой, глаголя, отпущаются ти греси твои.

Слава Твоего, Христе, образа подобию поклоняющееся, верою целуем, и болящему здравия просим, подражающее кровоточивей, яже подольца риз Твоих коснуся и исцеление недуга прият.

И ныне: Пречистая Госпоже Богородице, всем известная Помощнице, не презри нас к Тебе припадающих, моли яко блага Своего Сына и Бога нашего дати здравие болящему…

Во время молитвы ножки мальчика, вдруг начали выпрямляться и наливаться силой, и хотя он еще был слаб, но мог уже стоять.