Арчибальд (бросает сигарету, нервно). Нет. Нет. Я уж не так много курю. Во-первых, я не докуриваю их до конца. Три затяжки – и выбрасываю. Это нервное.

Девочки. Может быть, нервное. Но так неприятно пахнет, когда приходишь к тебе утром здороваться! Фу!

Арчибальд. Пахнет неприятно? Я курю дешевые «Голуаз»! [8]

Девочки. Вот именно. На розы непохоже. Ну, так ты нам дашь, папочка, денег? Ты как хочешь? Чтоб мы тебе купили что-нибудь?

Арчибальд (роясь в карманах). Как вы надоели! Выбрали момент! У меня нет денег… А-а, тем хуже… Это уж слишком. Вечно вы попрошайничаете!

Девочки. Но ведь это же для тебя! Ну так что бы тебе, папочка, в самом деле доставило удовольствие? А? Скажи, чтобы мы знали!

Арчибальд (с беспокойством рассматривает себя в зеркале). Может быть, фальшивую бороду. (Вздыхает.) Ах! Бедные мои дети, бедные мои дети!

Девочки. Не очень-то ты, папочка, весел в Праздник отцов.

Арчибальд (вздыхает мрачно). Еще и Праздник отцов к тому же! Бедные мои дети! Разве этот зверь подумает о вас? Плевал он на детей. Идите, я буду бриться. Зарос как старый филин. Хоть умереть-то бритым!

Девочки (идут к дверям вместе с ним, останавливаются, гримасничая). Папочка, мы тебе хотели рассказать. Нет! Ведь договорились же не рассказывать! Нет! Потом передоговорились, чтобы все-таки рассказать!

Арчибальд. Ну что еще? Ведь видите же, что я опаздываю.

Девочки. Не знаем, как тебе сказать, папа. Мы стесняемся. Разумеется, мы маленькие девочки… но порою мы знаем вещи, выходящие за рамки нашего возраста.

Арчибальд (смотрит на них, обеспокоенно). Что вы там еще придумали?

Девочки. Мы? Ничего. Но вот фрейлейн… Она тебе, папа, нравится, фрейлейн?

Арчибальд. Очаровательная девушка.

Девочки. А какая у нее грудь! И вообще! Но ты знаешь, папочка, она немножко странная…

Арчибальд. Почему?

Девочки. Ты знаешь, что она спит с нами, в нашей комнате. Чтобы быть рядом с этим крикуном. Другого местечка не смогли найти.

Арчибальд. Ну и?…

Девочки. А по ночам она видит сны.

Арчибальд. Как все…

Девочки. Да. Но она, она во сне разговаривает. Она сомнамбула. И ты знаешь, папочка, что она бормочет каждую ночь?

Арчибальд. Какие вы надоедливые! Нет, я не знаю.

Девочки (изображают, с томным видом). «Арчибальд!.. Мсье Арчибальд!.. О! О! Мсье Арчибальд!» Вот так-то! Это мы тебе дословно повторяем! Если бы ты только это слышал! (Умолкают, ожидая, какой эффект произведет их разоблачение.)

Арчибальд. Да ну?! (Пристально смотрит на себя в зеркало, трет подбородок рукой, восклицает.) Скорее, дети, скорее а то мы опоздаем к завтраку. Я еще не брился. Специально для демонстрации не брился. Но не могу же я в таком виде показаться за столом! Брр! Бегу навести красоту!.. И, конечно, вы уже большие. И вам незачем говорить, что не имеет смысла повторять это маме. Она может неправильно понять!

Все выходят. Девочки за спиной у Арчибальда давятся от смеха. Затемнение.

Холл. Входная дверь расположена на некотором возвышении. Лестница на галерею, на которую выходят двери комнат. Пустая сцена едва освещена. Вечер. Появляются: молодая женщина, неприятная на вид, но очень элегантная, в сопровождении солидного мужчины. Их встречает Кривой, одетый с претензией на элегантность. Белая рубашка с засученными рукавами, но с черным галстуком.

Женщина. Мелюзина Мелитта.

Кривой. Господа за столом.

Женщина. Встанут. Пойдите скажите, что я здесь.

Кривой без всякого удовольствия выходит.

Мужчина (оглядывается). Дом симпатичный…

Мелюзина (проводит пальцем по мебели). Но, как всегда, грязь! У него в услужении невероятная супружеская чета. Он таскает их за собой всю жизнь. Мужчина с металлическим крючком услужил ему как-то еще во время войны. Впрочем, женщина тоже. Все это еще со времен его первой жены. У него всегда была склонность к беспорядку.

Мужчина. И вы, с вашей склонностью к порядку, его терпели?