Она раздраженно нажала на газ. Ни в чем не повинная машина подпрыгнула от неожиданности, заложила излишне крутой вираж и, обиженно взревев, вымахнула на пустую в этот час автостраду, ускоряясь в направлении Иерусалима. Остаток дороги ехали молча.

Встреча с представителем Компании была назначена на полдень в модном кафе в центре города. Представитель опаздывал. Сева уже допивал вторую чашку кофе, когда, наконец, заметил у входа загорелого парня в фирменной футболке. Такая же была на Климе тогда, в пабе, когда он столь внезапно вернулся в севину жизнь после долгого отсутствия. Парень пришел не один: вместе с ним, сияя жизнерадостной улыбкой, за столик уселся тщательно причесанный крепыш в костюме и с галстуком.

— Вы — родственник Адриана?

— Кого? — недоуменно переспросил Сева и тут же вспомнил: ах, да… Клим ведь так и остался под тем же самым случайно избранным когда-то румынским именем…

— Нет, я друг… — поспешно сказал он. — Близкий друг.

Парень кивнул.

— Видите ли… — он немного помялся. — Адриан нам тоже очень близок. Гм… был близок. Знаете, несколько лет бок-о-бок… он наших людей не раз изо рта у смерти вытаскивал… и мы его тоже. Впрочем, это не важно — такая работа. Мы хотели бы сделать все, как надо, как положено. Отдать, так сказать, последний долг.

— Уважение к мертвым помогает уважению живых, — вдруг, ни с того, ни с сего вставил крепыш в костюме и осторожно провел ладонью по волосам.

— Возможно, у Адриана имелись родственники в Израиле? — продолжил парень из Компании.

Сева отрицательно покачал головой:

— Насколько мне известно, у него здесь нет никого. Кроме нас с женой.

— А на родине? В Румынии? Он ведь из Бухареста?

— Опять же, насколько мне известно, — неловко произнес Сева, игнорируя последний вопрос. — Клим… э-э… Адриан не оставил на родине действующую семью.

— Действующую?

— Ну да. Его родителей уже нет в живых; бывшая жена вышла замуж вторично, а ребенок усыновлен ее новым мужем. В общем, не думаю, что известие о смерти может там кого-либо заинтересовать.

— Тот, кто не интересуется памятью предков, рискует лишиться памяти потомков… — назидательно заметил крепыш.

— Э-э, господин Коэн, — парень явственно скрипнул зубами. — Я бы попросил… Вы нам мешаете, — он снова повернулся к Севе. — И все же, может быть, стоит оповестить…

— Я уже оповестил. Сегодня утром. По телефону.

Он и в самом деле успел отзвонить Валентине. Та немного помолчала, покашливая в трубку — сперва Сева подумал, что от смущения, но потом выяснилось, что от простуды. Первым словом, которое она затем произнесла, оказалось не слишком подходящим по контексту: «забавно».

— Забавно, — сказала бывшая Климова жена, услышав о его смерти. — Только сейчас? Я была уверена, что он уже давно сгинул. Что ж… как это говорится в таких случаях? Да будет земля ему пухом. Как у тебя дела?

— То есть, на похороны тебя не ждать? — на всякий случай уточнил Сева.

Валентина засмеялась смехом, переходящим в кашель.

— Спасибо за приглашение, но болею я, Севочка. Простужена вдупель — слышишь, как хриплю? У нас тут сейчас такой гнилой грипп ходит — страшное дело. И ведь, главное, прививку делала, а все-равно не помогло. Вчера какой-то убийца в белом халате по телевизору…

Она еще долго что-то говорила про грипп, про врачей и про общий упадок здравоохранения, но Сева не слушал, думая о Климе, а потому не разобрал вопроса, которым Валентина завершила свою длиннющую тираду, и вынужден был переспросить:

— Что ты сказала?

— У вас прививают, спрашиваю?

— Не знаю… — рассеянно ответил Сева и повесил трубку.

Повесил, не прощаясь, то есть, невежливо, спору нет… но, так или иначе, разговор состоялся, формальное оповещение имело место, и к этому уже мало что можно было добавить.

— Кстати, у нас от гриппа прививают? — спросил Сева, видимо, крайне некстати, потому что парень в футболке изумленно вылупил на него глаза, и даже видавший виды господин Коэн удивленно фыркнул… хотя и немедленно, овладев собой, заявил, что его фирма готова исполнить любую погребальную процедуру по желанию заказчика, включая прививки или, скажем, припарки… и тут до Севы наконец дошло, что его поняли превратно, и он засмеялся самым неприличным образом, думая при этом, как было бы здорово рассказать этот анекдот самому Климу и обхохотать его вместе, на пару, и как жаль, что этого уже не случится никогда, никогда.

— Да нет, — сказал он, вытирая выступившие слезы. — Припарки не понадобятся, господин Коэн, спасибо. А вы, кстати, откуда? Тоже из Компании?

Крепыш в костюме умильно сощурился.

— Никак нет, господин Баранов. Я имею честь представлять лучшую в стране фирму церемониального обслуживания «Опавшие листья». Всеобъемлющий ассортимент товаров и услуг. Планирование и организация. Погребение, кремация, похороны и увековечение памяти. Приведение комплекта в соответствие с нуждами и пожеланиями клиента. Любыми пожеланиями, господин Баранов. Мы…