— Ты недостаточно меня знаешь, чтобы делать такое утверждение.

— Извини, — тихо сказала она. — Кстати, кем была та рыжеволосая?

Ее постоянная смена мыслей обескураживала Ашерона.

— О чем к черту ты сейчас говоришь?

— В Нэшвилле. Ты был с красивой рыжеволосой женщиной, которая встала и ушла на самом интересном. Так кто она?

Черт, а она наблюдательна.

— Давний друг.

— А ты был очень груб с ней. По ее поведению, я предположила, что между вами что-то есть.

На этот раз была его очередь ухмыляться от одной только мысли.

— Могу тебя заверить, что ничто нас с ней не связывает.

А иначе это повлекло бы за собой то, что Артемиде пришлось бы открыто признать, что у них был интим. И что с того, что у них есть общая дочь и пол — пантеона знает, что они спали, но она все еще не может заставить себя признать, что Ашерон был для нее чем-то большим, чем просто платоническим любимцем.

— Ты был резок с ней, — упрекнула его Тори.

Эшу пришлось сдерживать свой гнев изо всех сил от ее осуждения, когда она не имела ни малейшего представления, сколько дерьма он получил от Артемиды за века — включая тот факт, что она хранила в секрете рождение их дочери одиннадцать тысяч лет. Богине повезло, что он не убил ее за этот маленький фокус.

— Слушай, моя личная жизнь, это моя личная жизнь. Если только эта тема тебя интересует, то я ухожу.

Тори легонько хлопнула его по коленке.

— Не будь таким раздражительным постоянно.

— Да, хорошо. Я не люблю говорить о себе и вообще презираю личные вопросы.

— Прекрасно. Мне нужен лишь твой мозг на некоторое время.

Она протянула ему полный контейнер пахлавы. Эш нахмурился:

— Что это?

— Я же тебе говорила, пахлава.

— А я, правда, не ем ее, но спасибо за заботу.

Ашерон вернул ее обратно.

— Ты многое теряешь.

Она схватила треугольничек лакомства прежде, чем поставить ее обратно на стол.

— А теперь научи меня читать.

Эш снова открыл журнал.

— Есть еще несколько дополнительных букв и дифтонгов, которые не используются в классическом греческом, к которому привыкла ты. Окончания и спряжения также отличаются.

Она кивнула, а потом указала на слово.

— Adelphianosis. Это значит "брат"?

Он был поражен, как быстро она стала разбираться в незнакомом языке.

— Да.

Она нахмурилась.

— Значит, я читаю это правильно, тут говорится, что ее брат…

Она указала на предыдущее слово.

— Стикс?

— Да.

Она покачала головой в смущении.

— Почему его назвали Стиксом? Это же было женское имя богини.

Ашерон всегда раздумывал о столь странном выборе имени для своего брата, но какого черта? Никто его не спрашивал об этом, а у родителей Риссы всегда были проблемы с головой.

— А скольких мужчин зовут Артемидами?

— Хорошее замечание. Просто мне показалось это странным.

— Ну, так как в конце слова добавлена буква С. Это-то и отличает мужскую форму от женской.

— А-а, тогда это все объясняет.

Тори посмотрела назад в книгу у него на ладони, а он испытал странное щекочущее ощущение у себя в животе. Это было похоже на сгусток энергии, только гораздо сексуальнее, и к своему огромному удивлению, она захватила Ашерона в свою власть. Он никогда не реагировал на людей таким образом. А еще в нем возник неожиданный порыв прильнуть к ней и просто вдыхать ее аромат, дотронуться до ее щеки и проверить, действительно ли она была такой мягкой, какой казалась. Или еще лучше, взять ее руку и прижать к неожиданному холмику у себя в штанах, который безмолвно взывал к ее телу. Его член встал от одной единственной мысли, что она расстегивает его штаны и прикасается к нему. Не подозревая ничего о его неожиданном настроении, Тори провела пальцем вниз по странице, пытаясь расшифровать аккуратно выведенные слова Риссы.

— Так, а это рассказ о ссоре с ее братом?

Ему понадобилось целых три секунды, чтобы взять верх над желанием поцеловать Тори.

— А-а…да. Она хотела навестить свою тетю в Афинах и не хотела, чтобы брат ехал с ней, потому что путешествие с ним выводило ее из себя.

Тори взглянула, когда услышала, что голос Эша стал чуть ниже. Она не знала, куда он смотрит, так как он был все еще в этих темных очках.

— Ты хорошо видишь?

— Прекрасно.

— Тогда почему ты не снимешь очки?

— Я лучше вижу, когда они на мне.

— О-о-о, — протянула она, когда ее вдруг осенило. — Ты один из тех самых, не так ли?

— Тех самых кого?

— Тщеславных парней, которым требуются очки. Но они очень не хотят, чтобы об этом знали, но при этом не могут пользоваться контактными линзами, поэтому им и приходиться носить прописанные солнцезащитные очки вместо этого, — она закатила глаза. — В моем классе учатся несколько таких, как ты. Правда никто не подумает о тебе хуже, как о человеке, если тебе нужны очки-это же не самое важное.