Джейни вздыхает.

— Я бы тоже не прочь развеяться. Как думаешь, у нас с тобой хоть когда-нибудь будет свидание не в четырех стенах?

— Думаю, да. Может быть, летом. А уж осенью точно. После того, как мы оставим всю эту паутину лжи позади, вместе со школой.

Это трезвый подход.

Джейни кивает.

Кладет голову ему на плечо.

Юноша касается ее волос.

_____

— Послушай, Кейбел, — говорит Джейни, когда они забираются в постель.

— Да, детка?

— Ты не против, если сегодня ночью я попрактикуюсь на твоих снах?

— Конечно нет. Могла бы и не спрашивать.

— Мне неловко делать это без спросу.

— Приятно слышать. Ты работаешь над каким-то конкретным аспектом?

— Да. Пытаюсь наладить управление сном, как с пульта.

Юноша смеется.

— То есть останавливать картинку, замедлять, ускорять, прокручивать назад и все такое?

— Совершенно верно.

— Это должно быть интересно. Надеюсь, ты потянешь. Не хочешь взять меня с собой?

— Не в этот раз. Мне потребуется вся концентрация, на какую я способна. Но когда я освою это, с радостью тебе покажу.

Кейбел выключает свет, кладет руку ей на живот и поглаживает его подушечкой большого пальца, словно поигрывая на гитаре.

— Знаешь, а ведь ты можешь развлечься хорошим сном. Надо только научиться это делать, — говорит юноша.

— Как думаешь, почему я практикуюсь на тебе? — отзывается Джейни, улыбаясь в темноте.

— Ты поосторожнее, а то явишься завтра в школу в сексуальном возбуждении.

Она тихонько хихикает.

— Все продумано, дорогой.

— Включая Дурбина?

В голосе Кейбела звучит горечь.

Джейни поворачивается к нему.

— Кстати, ты понял, почему никто не стучит на Дурбина?

— Думаю, да. Дело в том, что он всего на несколько лет старше учеников, симпатичный, спортивный, умеет убедить в том, что ему действительно интересны ребята, увлеченные наукой. Он для них как бы и учитель, и товарищ. Не скупится на похвалу, и это не может не радовать. Они-то в жизни своей не пользовались успехом, внимание такого человека им льстит, и школьники принимают все за чистую монету.

Джейни пару раз прокашливается.

Ждет.

— Я хотел сказать, что среди вас много таких ботанов, — запинаясь, говорит Кейбел. — Не все же, как ты, видят это дерьмо насквозь.

Джейни выразительно хмыкает.

— Ага, я тебя тоже люблю, — продолжает он. — Сейчас я заткнусь и постараюсь отключиться. Так что можешь манипулировать моим сознанием как хочешь.

— Слабо сказано, — говорит она. — Но именно так я и поступлю.

Кейбел засыпает.

Джейни скользит во тьму и оказывается в компьютерной комнате.

Его сон основан на том, как они занимались здесь любовью. Она с любопытством смотрит со стороны на него и на себя, удивляясь тому, как быстро, с первого раза, сумели они подстроиться друг к другу, уловить общий ритм.

Усиленно концентрируясь, Джейни внимательно смотрит на Кейбела.

«Пауза», — мысленно твердит она снова и снова.

Проходит минута, но ничего не меняется.

Еще минута.

Потом действие замедляется.

А еще через секунду — останавливается. На очень интересном месте, как замечает Джейни.

Девушка оглядывает комнату, стараясь отмечать все. Офисное оборудование на рабочем столе, часы на стене, к слову, тоже остановившиеся, цвета и оттенки. Удерживать картинку неподвижной невероятно трудно. Очень скоро контроль ослабевает. Она чувствует, как тело ее дрожит, слабеет, и сон возобновляется в нормальном темпе. Девушка толкает Кейбела, надеясь, что этим прервет его сновидение и ей не придется тратить на это остатки энергии. Слишком мало сил сохранилось у нее после этого опыта. Руки и ноги она почти не ощущает.

Кейбел испускает резкий вздох, и она ощущает спиной его тело. Он начинает поглаживать ее, продолжая находиться в своем сне. Она ощущает его прикосновения и видит, как он делает это, через его сознание.

Джейни скована. Обездвижена. Тело онемело, но ощущает ласку, хотя лишь мысленно видит его движения. Ей нестерпимо хочется заняться с ним любовью прямо сейчас, но физически она полностью парализована.

Не в состоянии пошевелиться.

Ничего не ощущает.

Не может вымолвить ни слова.