Птека почесал нос и убеждённо сказал:

— Посмеют. Сдерут портрет со стены, а остальное сожгут.

— Ничего святого в этом мире! — возмутился Марк. — Пойдёмте тогда быстрее домой.

Бессовестно воспользовавшись отсутствием Марка, лисички навели на мельнице шороху. То есть порядку: помыли пол. Марк был рад, что на этом их хозяйственный пыл иссяк.

Архивариус сидел и работал. И очень обрадовался, увидев вернувшуюся троицу.

— Астролябия пропала, — встревоженно сообщил он. — Не к добру.

— Да тут она, — утешил его Марк. — У меня.

— Он её выгуливал, — ввернул ехидно Птека.

— Цыц! — погрозил ему кулаком Марк. — Я тоже рад, что астролябия с нами. И вообще, дорогие домочадцы, приготовьтесь к вручению даров.

Он снял и поставил на стол рюкзак.

— Для начала приветствуем блудную, э-э-э, то есть совершившую путешествие астролябию. Она вернулась домой.

— А во-вторых, чур мне! — перебила его Диса.

— А тебе — фонарь! — вручил ей презент Марк. — Наслаждайся, дорогая, на полную катушку.

— А что я с ним делать буду? — растерялась Диса. — Я-то думала…

— А что хочешь — то и делай. Дареному фонарю, как говорят… Можешь совершить красивый поступок и передарить его Птеке. Он найдёт применение этому полезному предмету. А вот этот прекрасный отрез роскошного шёлка я бы хотел преподнести нашей искусной вышивальщице.

— Мне? — растерялась Ниса.

— Ага, — кивнул Марк. — Тебе. И у меня к тебе громадная просьба: вышей мне знамя.

— Что?

— Знамя, — терпеливо пояснил ей Марк. — У всех звеРрей в этом городе вьются флаги на башнях, и у волков, и зубров, у всех. А над мельницей нашей ничего не реет. Мне нужно знамя Последней Надежды ЗвеРры. Пусть на нём будет ковш Большой Медведицы и Полярная Звезда! Прицепим синий стяг к флюгеру. Тебе какие нитки нужны?

Ниса нахмурилась, задумалась:

— Я не успею…

— Попросишь Дису помочь, — ободряюще улыбнулся Марк. — А звёздочки можешь совсем небольшие делать. Не обязательно, чтобы их было видно с Волчьей Пасти, главное чтобы мы знали — они есть. Хорошо?

— Ну зачем тебе знамя, а? — сварливо пробурчала Диса, которой, видимо, совершенно не улыбалось садиться за вышивку на пару с Нисой. — Напридумывал какую-то блажь. Лучше бы Артефакт искал…

— Стоя под знаменем, и умирать легче, — совершенно серьёзно объяснил ей Марк. — Так что мне оно необходимо.

— Хорошо, — кивнула Ниса. — Я подберу нужные цвета. Диса, помоги мне шёлк развернуть: посмотрим, какого размера нужно делать вышивку.

— А в городской архив я жертвую портрет основателя города! — продолжил материализацию духов Марк. — Мне его жабки подарили в знак особой любви и расположения.

Росомаха поставил на восточный стол портрет.

Наконец-то, настал черёд подарка для полярной лисички. В отличие от предыдущих даров, Марк достал маленький полосатый рюкзачок молча. И молча же отдал. И был очень рад, что занятые шёлком Диса с Нисой почти не обратили на него внимания.

Ился поблагодарила его тёплой улыбкой. Характерным жестом взъерошила свои белоснежные волосы, потёрла нос и углубилась в изучение подарка.

На душе у Марка было легко-легко, светло-светло, словно он и не вязаную звеРриками безделушку наконец-то вручил адресату, а, по меньшей мере, нашёл Артефакт.

— Вот теперь можно и портрет рассмотреть, как следует! — объявил он, тоже невольно улыбаясь. — Графч успел им всю ЗвеРру напугать, а я и не рассмотрел его толком.

Изображение на портрете не очень-то отличалось от других. Одноглазый пророк не стал более приятным: тот же кислый взгляд и недовольство миром.

Впрочем, Марк мог бы поклясться, что взгляни он сам сейчас в зеркало — увидел тоже бы кислый взгляд и недовольство миром.

"Превращаюсь в пророка? Всё может быть…"

Новых предметов, смахивающими на Артефакт, на портрете, увы, не было.

А Диса всё никак не могла поверить, что Нисе достался подарок лучше, чем ей. И своё персональное недовольство она выражала весьма активно:

— Лучше вообще никакого подарка не получать, чем такой! — шипела она.

— Пожертвуй его городскому архиву по моему примеру, — советовал ей Марк. — И вообще, давай выдадим его за Артефакт и поставим точку в этом деле. На фресках у пророка был фонарь, — был!

— Там совсем не такой! — подал голос памятливый Птека.

— Да какая разница? — возмутился Марк. — Такой, не такой. Тут речь о спасении города идёт, а ты придираешься. Почти такой же.

— Никто не поверит, что это Артефакт, — приводил резонные доводы Птека. — Раз он у жабок валялся.

— А мы придумаем захватывающую историю о том, как таинственный убийца благородных оленей забрал фонарь с алтаря, а потом спрятал в доме жабок.

— А зачем? — никак не проникался романтическим настроением Птека. — Зачем ему прятать фонарь у жабок?