– Вы… перенеслись сюда?

Рогге снял шляпу, стряхнул с нее дождевые капли и снова нахлобучил на голову.

– Я очнулся на полу каменного замка, стоящего на франкской земле, – сообщил он. – И было это двенадцать лет тому назад.

Егор молчал, не зная, что на это сказать. Тогда барон Рогге заговорил снова, и голос его звучал грустно и безнадежно:

– Двенадцать долгих лет я ждал, пока кто-нибудь из вас объявится. А сейчас, когда ты здесь, я даже не знаю, радоваться мне или огорчаться. – Он сдвинул брови и несколько секунд молчал, разглядывая Волчка. Затем негромко спросил: – Ты ведь не сможешь вытащить меня отсюда, верно?

– Не смогу, – признался Волчок.

Барон вздохнул:

– Так я и думал. Двенадцать лет назад, едва появившись в этом мире, я сразу же попал в крутую переделку. За первые четыре года мне пришлось несколько раз сменить имя. В конце концов я поселился в Германии и превратился в барона Рогге. Жители городка, где я в то время обитал, объявили меня борцом с демонами. С тех пор я странствую по стране, приезжая туда, где люди находят следы этих тварей. Слух о шайке ночных псов привел меня сюда. Я не был в этих краях несколько лет и искренне надеялся, что пастор Нейреттер справится с демонами сам, как это бывало прежде. Но я и представить не мог, что демон овладеет его собственной душой.

Барон и Волчок снова посмотрели на распростертое у их ног тело демона-священника.

«Сама наша Вселенная обязана своим существованием череде странных совпадений, – припомнились Егору слова профессора Терехова. – И я не знаю, в чьих руках находится колода. Вполне возможно, что карты тасует дьявол».

– Но… как же пряжка? – неуверенно проговорил Волчок.

– Какая пряжка? – не понял барон-охотник.

– С лилией и перекрещенными мечами… Мы нашли ее возле тела убитой и растерзанной девушки.

– Ты говоришь про дочку виноградаря Бельтильду?

Егор кивнул:

– Да.

– Эта девушка была одержима. Той ночью она похитила и убила маленького мальчика. Я выследил ее и вступил с ней в схватку. Бесовка сорвала с моего плаща пряжку и скрылась, однако перед этим я успел вспороть ей живот серебряным клинком. Думаю, она сумела доковылять до деревни, где и отдала Дьяволу душу. А пряжка просто выпала у нее из пальцев.

Волчок вздохнул. Это было похоже на правду. Немного поразмыслив, он глянул на барона исподлобья и уточнил:

– Значит, теперь вы – борец с демонами.

– Да, Егор. Я убиваю демонов.

– Почему вы не открылись мне сразу?

– Не хотел навлечь на тебя опасность. Эти твари знали, что я охочусь на них. Они пытались меня прикончить, но для демонов я слишком крепкий орешек. Кстати…

Барон Рогге сунул руку в притороченную к поясу сумку и достал из нее курительную трубку с золотым мундштуком и костяной чашей, вырезанной в виде головы дьявола.

– Я приобрел ее шесть лет назад у одного восточного купца, – сказал он. – Купец рассказал, что нашел трубку в пустыне, называемой Лоп, лежащей на границе великой восточной империи. Она валялась на песке и «сверкала, как маленькая звезда, ниспосланная нам с неба Аллахом». Он сказал также, что в этой пустыне свирепствуют злые духи, обладающие возможностью всячески обманывать чувства человека. И примерно за час до того, как найти трубку, он видел несколько черных вихрей, несущихся по барханам пустыни и похожих на человеческие фигуры.

Волчок взглянул на трубку.

– Та самая, – тихо сказал он. – Выходит, профессор не ошибся.

– Выходит, что так. – Барон Рогге взглянул на мертвого пастора, дернул щекой и добавил: – Вот только про злых духов и демонов он ничего не знал.

Волчок тоже посмотрел на пастора, и на лице его отобразилась душевная боль.

– Вы думаете, они и впрямь демоны? – тихо спросил он.

– Я не знаю, что они такое, Егор, – спокойно ответил Рогге. – Может, выходцы из преисподней, ада, а может – пришельцы из параллельной Вселенной, принимающие человеческий облик для маскировки. Адская расселина на самом деле – портал, но куда он ведет, известно одному только Богу.

Барон на секунду замолчал, а потом вдруг спросил, пристально глядя на Волчка:

– Ты ведь теперь тоже демон, верно?

– Я не такое исчадие зла, как эти твари, – глухо ответил Волчок.

– Но ты обратился. И что бы ты теперь ни делал, тебе уже не стать человеком.

– Я только что, на ваших глазах, сражался с демоном, – отчеканил, сверкая желтоватыми глазами, Волчок. – Я тот, кто делает добро из зла. Я – карающая десница Божья!

Некоторое время Рогге пристально разглядывал его, а потом вздохнул и сказал:

– Что ж, за последние двенадцать лет я повидал немало чудес. Я видел ангелов, истребляющих людей из простой гордыни, и демонов, раскаивающихся в своих грехах. Надеюсь, ты и впрямь сумеешь обратить свою дьявольскую силу против самого Ада. Ладно. Забирай трубку и прячь ее, куда пожелаешь. А после мы с тобой отправимся в трактир и хорошенько напьемся.

Барон протянул Егору костяного дьявола, но вдруг земля под его ногами пришла в движение. Не успели они ничего понять, как глиняный край оврага, на котором стоял барон Рогге, обвалился, и барон полетел на болотистое дно ямы вместе с комьями земли и глины. Егор устремился было к оврагу, но край продолжал оползать, истекая потоками мокрой глины, и он вынужден был отпрыгнуть назад.