Айвори попросил принести два чая и наклонился к Кейре:

— Вы мне так и не сказали, почему отправились в долину Омо и что вы на самом деле там искали.

— Кем бы мы ни были — европейцами, азиатами, африканцами, — какого бы цвета ни была наша кожа, мы носим в себе общий ген, одинаковый у всех; нас миллиарды, один не похож на другого, и тем не менее мы происходим от одного существа. Как это существо появилось на Земле? Почему оно здесь появилось? Вот кого я ищу — первого человека! И уже готова поверить, что ему не десять или двадцать миллионов лет, а гораздо больше!

— Вы говорите почти о палеогене [3] . Это похоже на помешательство!

— Вот видите, я оказалась права, когда ссылалась на законы статистики. Теперь уже я утомляю вас своими нелепыми выдумками.

— Я же не говорил, что вы потеряли разум, просто в голове у вас кое-что смешалось.

— Очень деликатно с вашей стороны. А вы сами, Айвори, какие исследования ведете?

— Я уже в таком возрасте, что только делаю вид, будто над чем-то работаю, а остальные делают вид, что ничего не замечают. Я больше не веду никаких исследований. В мои годы обычно приводят в порядок старые папки и не заводят новых. И не делайте такое лицо. Если вам известен мой истинный возраст, то вы, должно быть, заметили, что я неплохо с ним справляюсь. Не спрашивайте, сколько мне лет, это тайна, которую я унесу с собой в могилу.

Теперь уже Кейра склонилась к Айвори, и стал виден треугольный камешек у нее на шее.

— Вы выглядите гораздо моложе!

— Вы очень любезны, но мне это известно. Так вы хотели бы побольше разузнать об этом странном предмете, что висит у вас на шее?

— Я же вам говорила, это подарок маленького мальчика.

— Но вчера вы упоминали о том, что вам самой любопытно узнать о его происхождении.

— И вправду, почему бы нет?

— Пожалуй, начнем с того, что определим его возраст. Если речь идет о кусочке дерева, то достаточно сделать радиоуглеродный анализ, и все станет ясно.

— Конечно, если предмету не более пятидесяти тысяч лет.

— Думаете, он может оказаться таким древним?

— С тех пор как я познакомилась с вами, я стала очень подозрительной в вопросах возраста.

— Наверное, мне следует воспринимать ваши слова как комплимент, — ответил старый ученый, вставая со стула. — Пойдемте.

— Уж не намекаете ли вы на то, что в подвале музея тайно установили ускоритель частиц?

— Нет, конечно, — рассмеявшись, ответил Айвори.

— Или у вас старый друг работает в Сакле и он готов поставить под удар программу исследований Комиссариата по атомной энергии ради того, чтобы изучить мой кулон?

— Нет, и я об этом весьма сожалею.

— В таком случае куда же вы меня ведете?

Кейра и Айвори подошли к лифтам. Она открыла рот, намереваясь его еще о чем-то спросить, но он не дал ей говорить.

— Если вы подождете, пока мы устроимся поудобнее, — произнес он строго, не позволив ей вымолвить ни слова, — обещаю, вам не придется задавать бесполезные вопросы.

Лифт привез их на четвертый этаж.

Айвори расположился за своим письменным столом, усадив Кейру в кресло. Она тут же вскочила, чтобы посмотреть, что он набирает на клавиатуре компьютера.

— Интернет! С тех пор как я познакомился с этой штуковиной, я на ней просто помешался. Знали бы вы, сколько времени я в нем провожу. Не будь я вдовцом, это хобби убило бы мою жену, вернее, жена меня бы убила. Вы знаете, например, что в Сети теперь не ищут информацию, а, как говорят мои студенты, гуглят. Правда смешно? Обожаю этот новый язык. Больше всего меня забавляет то, что, стоит мне забыть какой-нибудь термин, я его набираю и — оп! — у меня перед глазами определение. Говорю вам, в Сети можно найти все, даже адреса частных лабораторий, где делают радиоуглеродный анализ. Великолепно!

— Сколько вам лет на самом деле, Айвори?

— Кейра, каждый день я придумываю себе новый возраст. Главное — не расслабляться.

Айвори распечатал список адресов и гордо помахал им перед носом своей гостьи.

— Осталось только сделать несколько звонков и найти тех, кто согласится выполнить нашу просьбу за пристойную цену и в разумные сроки, — заключил он.

Кейра взглянула на часы.

— Ваша сестра! — вскричал Айвори. — Полагаю, совещание закончилось, и она уже давно освободилась. Идите к ней, а я обо всем позабочусь.

— Нет, я останусь с вами, — запротестовала Кейра, почувствовав себя неловко, — я не могу взвалить на вас всю работу.

— Да идите же, я настаиваю, тем более что эта игра увлекает меня не меньше вашего, может, даже больше. Идите к Жанне, а мы с вами встретимся здесь завтра. К тому времени информации наверняка прибавится.

Кейра поблагодарила профессора.

— Не согласитесь ли оставить вы у меня до завтра ваше украшение? Я отделю от него микроскопический кусочек, чтобы отдать на анализ. Обещаю, я буду осторожен как хирург, вы даже ничего не заметите.