– Ты делал кесарево сечение?

– Да. Ребенок мог умереть. Мало кислорода в крови, и я не знал, как давно Лиде Тина умерла.

– Что значит – не знал?

– Когда я вошел, браслет валялся на полу и непонятно, сколько времени прошло.

– Это ты надел браслет снова?

– Да. Вызов «скорой». И на полу – непорядок.

– Отчего произошел взрыв?

Последовало долгое молчание, потом робот ответил:

– Я не помню. Помню, разрезал живот… и все.

– Здесь произошел взрыв. Ты не помнишь, отчего?

– Нет, этого я не помню. Я только хотел достать ребенка.

– Стайн, когда ты вошел в спальню, там больше никого не было?

– Нет. Я бы заметил.

– И никто не приходил?

– Нет. Через дверь – не приходил. Я ничего не слышал.

– Неужели вы ему верите? – спросил полицейский.

– Верю. Мы вместе много лет и хорошо знаем друг друга, – ответил Креил, с облегчением увидев входившего Строггорна.

– Как Тина? – тут же спросил Креил.

– Убийство.

– Знаю. Но кто? В квартиру мог попасть только Вард?

– Джулия Уилкинс сбежала из клиники, – сообщил Строггорн.

Креил поднялся с корточек и прикрыл от неожиданной боли глаза.

– Сколько раз я говорил, что нужно разрушить ее личность?

– Это я виновата, Креил. Я задержалась в клинике, – вмешалась Лейла.

– Мы знали, что это более чем вероятно, так что не вини себя! – сказал Строггорн.

– Стайн, ты сможешь встать? – спросил Строггорн. Стайн сел, несколько секунд выжидал, попытался подняться и рухнул на пол.

– Я должен забрать тебя с собой. Насколько я понял, ты ухитрился спорить даже с Вардом – полицейским. Было?

– Было, – согласился Стайн. – Демонтаж? – нерешительно спросил он.

– Еще чего! Тебя отвезут в институт робототехники, там хорошая аппаратура, посмотрят, нет ли у тебя повреждений структур. Починят.

– Есть повреждения структур, – подтвердил Стайн.

– Ну вот, видишь. Креил, ты дай ему строгий приказ на повиновение, а то, если он в институте начнет спорить с техниками, вряд ли им это понравится.

– Стайн, послушай меня, – Креил пристально посмотрел на робота. – Давай без фокусов. Думай хоть немного о себе, а то и правда угодишь на демонтаж, и как я буду без тебя обходиться? Будешь слушаться в институте людей?

– Буду, – подозрительно покорно согласился Стайн.

Двое полицейских вошли и переложили робота на носилки.

– Почему Лион до сих пор на полу? – удивленно спросил Строггорн.

– Не дает до себя дотронуться, – Креил оглянулся, кто-то сообразил набросить на ребенка одеяло сверху.

– Лейла, давай-ка, вызови Этель. Я думаю, она у нас самый подходящий человек для общения с ребенком.

Этель приехала меньше чем через десять минут. Она уверенно прошла в зал, опустилась на колени перед Лионом, и несколько минут просто смотрела в его серые теперь, недетские глаза. А потом спокойно взяла ребенка на руки. Этель услышала вздох облегчения у стоявших рядом людей.

– Почему он пошел к ней? – тихо спросил Креил.

– В ее голове полно детей. Как можно бояться МАТЕРИ? А к нам ему нужно еще привыкнуть. Лион пережил сильный шок, ты видишь, что здесь творилось? – Строггорн показал глазами на разгромленное помещение. – Этель, что ты собираешься делать с ребенком?

– Как что? – удивилась Этель непониманию таких простых вещей. – Сейчас пойдем в спальню к Креилу, Лион совсем замерз, нужно его согреть. Нальем ванну, в общем, все, чтобы он не заболел. Полно всего нужно, у вас же нет ни одной пеленки, ни еды, ни ползунков!

– Все, все, – Строггорн попытался остановить ее гневную речь. – Значит, ты согласна о нем позаботиться? Заменить мать?

– Да за кого ты меня принимаешь?… – гневно начала Этель, но остановилась, заметив предательские искорки в глазах Строггорна. – Даже не надейся! Пока не поймали Джулию, мне понадобится помощь Аоллы. Придется в прямом смысле слова не спускать Лиона с рук. Так что переезжаем временно к Креилу. Ему все равно, он дома не бывает.

Старший следователь по особо тяжким преступлением наблюдал за сбором материалов в спальне Тины.

Один из отпечатков пальцев был обнаружен на аварийном браслете, также на полу нашли несколько волос, принадлежащих Джулии ван Генри Уилкинс, сбежавшей из психиатрической клиники и теперь объявленной в розыск по всей планете.

Тину Роджер подключили к автономной аппаратуре, специально созданной для таких экстраординарных случаев, и отправили в клинику Вард-Хирургии, хотя мнение всех врачей было единодушным: она была по-прежнему мертва, а ее мозг не подлежал восстановлению. Но Креил ван Рейн был богатым человеком и мог себе позволить оплачивать бессмысленную работу аппаратуры, гоняющей кровь через ее мертвый мозг.