Тут, на мой взгляд, он перешел все границы, поэтому я сразу вмешался в разговор. Причем сделал это в своей излюбленной саркастической манере:

– Да-а-а?!

– Конечно! – возбужденно воскликнул Фродо. – У тебя так красиво будет развеваться бородища, они засмотрятся, а ты их с неба заклятиями, заклятиями…

– Щас я тебя заклятием, – угрюмо пообещал я, но хоббит бодро удивился:

– А я здесь при чем?! Это Эльнорда с Душегубом предлагают!

Твист довольно хихикнул, а тролль вытащил из кармашка кончик своей цепочки и многозначительно показал его карлику. Тот обиженно отвернулся, и его козлы медленно отошли в сторону.

Впрочем, пока мы препирались над бездыханным телом, один из всадников Байсана быстро соскочил с лошади и принялся споро стягивать дергающуюся рясу с мертвого монаха.

– Мы уже встречали такие хламидки, – негромко пояснил сотник, – и знаем, как с ними надо обращаться.

Как только степняк стянул рясу с тела, она успокоилась и безразлично обвисла в руках конника. Тот быстро сбросил свой халат и зачем-то сапоги, а затем натянул на свои широкие плечи черную рясу. И ничего не произошло. Однако парень, ничуть не смущаясь, примерился к слабому ветерку и побежал ему навстречу. Через пару десятков шагов он взмыл в небо и, сделав изящный круг, направился вперед, туда, куда лежал наш путь. Мы двинулись за ним неспешной рысью.

Наш летун вернулся через полчаса. Когда он появился в небе, Эльнорда уже держала лук в руках, но Байсан издалека узнал своего человека. Тот, смешно помахивая руками, опустился на землю и, чуть запыхавшись, доложил:

– До Замка часа полтора ходу… Но совсем недалеко собираются рыцари Храма.

– Много? – напряженно спросил Шалай.

– Когда я был над ними, их было десятка четыре.

Мы переглянулись. Нас тоже было около четырех десятков, стало быть, силы были практически равны.

– Но к ним выходило подкрепление. Я не знаю сколько, они выходили… ну… прямо из воздуха на дорогу…

– Зеркало! – скрежетнул зубами Шалай и пояснил, словно для самого себя: – Епископ поставил Зеркало. Интересно, сколько он сможет вывести против нас рыцарей?!

– Ну, это мы скоро узнаем, – задумчиво произнес я и повернулся к летуну. – Как ты думаешь, рыцарей видно из Замка?

– Конечно, – сразу ответил он. – Видно даже, как с замковых стен и башен этих серебряных ребят рассматривают.

– Может, правитель выведет нам из Замка помощь, когда увидит, что мы возвращаемся? – повернулся я к Шалаю. Но тот только молча покачал головой.

Мы тронулись вперед, уже не торопясь, сберегая силы коней. Мы прекрасно понимали и то, что этот путь может стать гибельным, и то, что другого пути для нас нет!

Через час, поднявшись на покатую вершину очередного холма, мы увидели поджидавших нас рыцарей. Их было много. Их было гораздо больше сорока. Их было больше ста. Их было не меньше полутора сотен!

И они занимали прекрасную позицию, оседлав дорогу, проходящую между двумя, хоть и не очень высокими, холмами. Они построились поперек дороги широким полумесяцем, плотным, насыщенным копьями в середине и истончавшимся к краям. Но эти края, поднятые на склоны холмов, должны были охватить наш маленький атакующий отряд и замкнуть его в смертельное кольцо. Сами рыцари не собирались атаковать, несмотря на свое подавляющее численное преимущество. Зачем? Они прекрасно знали, что у нас безвыходная ситуация, что нам необходимо как можно быстрее попасть в Замок.

Братство Конца остановилось на холме, в шесть пар глаз рассматривая поле своей, скорее всего, последней битвы. А потом Шалай повернулся к сотнику:

– Вот что, друг Байсан, уводи-ка ты своих ребят назад. Мы попробуем прорваться, а вам совершенно незачем класть свои головы неизвестно за что…

Байсан выпрямился в седле, и его лицо окаменело. Когда он заговорил, его голос звучал хрипловато, но твердо:

– Я знаю, многие в вашей стране называют нас дикарями. Пусть. Меня это не трогает. Но я никогда не дам повода назвать людей степи трусами, предавшими дружбу. Наш командир приказал нам проводить вас до Замка, и никакие рыцари не заставят нас свернуть с этого пути.

Шалай только молча пожал плечами.

Мы переложили королеву в повозку Твиста, и я, глядя прямо в глаза карлику, негромко сказал:

– Если ты сможешь уберечь королеву и доставить ее в Замок, я выполню любую твою просьбу. Если ты предашь нас и сотворишь зло этому беспомощному телу, я найду тебя, где бы ты ни прятался, и уничтожу!

– Не надо угроз… – ощерившись, пробормотал карлик, – не надо…

– Не надо угроз… – перебил его Фродо, без спроса перебираясь из седла в повозку. – Я за ним послежу…