— Дяденька, который час?

Вместо ответа молодой человек достал фотоаппарат, навёл его на чумазых «изобретателей» и щёлкнул затвором. Ребята растерянно переглянулись. Один лишь Димка успел прикрыть лицо ладонью.

Незнакомец между тем неторопливо направился к ребятам.

Они отступили назад. Но это не смутило незнакомца. Он пригнулся и сфотографировал дымящееся «изобретение» Феди Четверикова — аппарат «Смерть сусликам».

— Шпион! — выпучив глаза, заметил Димка. — Снимки делает! Честное пионерское! — И он угрожающе закричал — Эй, дядька! Тебе чего надо? Что молчишь?

— Ну, какой он шпион, — остановила его Саня. — Просто дачник…

— Нет-нет, — заспорил Димка. — Видала, как высматривает всё?.. Вы тут следите за ним, а я сейчас… — И он побежал к кустам.

Незнакомец как будто не слышал всего этого. Он спокойно оглядел пустырь, сусличьи норы, сделал ещё несколько снимков и только после этого направился обратно к чемодану. Но, к своему удивлению, чемодана не обнаружил. Зато незнакомец увидел босоногого мальчишку — это был Димка, — который, прижав чемодан обеими руками к груди, улепетывал через поле к Апраксину.

Незнакомец озадаченно развёл руками, потом обернулся к стоящим в отдалении насторожённым ребятам и громко рассмеялся.

Смеялся он так весело, молодо, заразительно, что пионеры невольно заулыбались.

— Значит, вы не только изобретатели, но ещё и разоблачители шпионов, — заговорил молодой человек, продолжая смеяться. — Ну что ж, сдаюсь… Ведите меня вслед за чемоданом… — И он поднял руки.

Ребята, подталкивая друг друга, двинулись к незнакомцу.

Свой человек и чужая зона

Добравшись до Апраксина, ребята вместе с незнакомцем первым делом зашли в сельсовет. Но там никого не было. Тогда всей гурьбой они двинулись к конторе колхоза.

Саня заглянула в распахнутое окно правления — так и есть: Димка сидел около председательского стола, а чемодан стоял на шкафу.

— Здесь ваш чемодан, — кивнула Саня молодому человеку. — Пойдёмте!

В правлении было шумно и людно. Счетовод бойко щёлкал костяшками, выписывал наряды. Около него толпились колхозники.

Председатель правления Василий Прохорович, пожилой багроволицый мужчина, сидел за столом и слушал агента-заготовителя Курдюкова.

— Нет, вы войдите в моё положение, — басовито гудел Курдюков, потрясая портфелем. — Это что же получается! Ввели в заблуждение заготовительную контору. Я лично читаю в газете своими собственными глазами — тридцать тысяч сусликов. Своей собственной рукой я лично вписываю в сводку — тридцать тысяч сусликов. Приезжаю за ними, и вдруг — трах!..

При слове «трах» Алёша, вошедший в правление вместе с ребятами и незнакомцем, съёжился и попятился назад. Ему даже показалось, что Курдюков подозрительно покосился в его сторону.

— И вдруг — трах! — продолжал Курдюков. — Приезжаю за тридцатью тысячами, а их, оказывается, всего только три тысячи. Это же очковтирательство, скандал в районном масштабе!.. Да я… я жаловаться буду!..

— Что ж вы от меня хотите? — развёл руками Василий Прохорович. — Ребятишки прихвастнули, с них и спрашивайте…

— Дядя Вася! — Димка вдруг перегнулся через стол и, показывая председателю на стоящего у двери молодого человека, зашептал: — Вот он самый и есть! Захватили его ребята!

Василий Прохорович, забыв про Курдюкова, поднялся из-за стола и, шагнув к двери, радушно обнял молодого человека.

— А-а, попался, шпион! — засмеялся председатель. — Чемодан твой уже здесь. Доставлен, как полагается, представителям власти… Ну как, бдительный у нас народ растёт?.. — лукаво спросил он, кивая на покрасневшего Димку.

— Ничего не скажешь, — улыбнулся молодой человек.

— А ну, повернись, сынку! — продолжал Василий Прохорович. — Ведь вырос как, колхозный питомец! Совсем большой стал…

Привлечённый шумными возгласами, к председателю подошёл колхозный шофёр Сорокин:

— Ба, кого вижу! Вишняков! Андрюша!.. Значит, кончил курс наук?

— Всё в порядке, — ответил молодой человек, которого назвали Андреем. — Диплом в кармане, с осени начну работать в школе.

— А чему учить будешь? — поинтересовался Василий Прохорович. — Математика, литература, биология?

— Физкультура, — ответил Андрей.

— Добро! — кивнул председатель. — Это нам тоже подойдёт.

— Да я, Василий Прохорович, сюда в отпуск приехал.