Анна стояла напротив призрака. Не отрывая своих зеленых глаз от его лица, она вытянула вперед руку, создавая впереди себя невидимый щит. Касаясь его, предметы падали на пол. Анна громко стала читать молитву «Отче наш». Нараспев, повышая голос, заставляя тем самым призрака сходить с ума. Пламя свечи в ее руках разгоралось все сильнее.

Едва Анна закончила читать, как призрак громко завыл. Вой был пронзительный, он порождал первобытный страх, который точил мозг лишь одной мыслью: надо бежать.

Внезапно призрак стал громко плакать. Анна знала, что призракам свойственны такие эмоции. И не потому, что они хотели вызвать жалость. Нет, призраки действительно жалели себя. Что происходило с этим призраком, надо было выяснить.

Анна осторожно поставила перед собой свечу, прямо на пол. Откупорила бутылку и налила в жестяную кружку водки. До самых краев. Отломила руками батон и положила кусок на кружку.

Все это она очень медленно поставила у окна. Призрак самозабвенно рыдал и очнулся лишь тогда, когда она его позвала.

– Думаю, это именно то, что тебе сейчас нужно.

Огромные черные глаза смотрели на ведьму с непониманием.

– Что это?

– Это водка, самая настоящая. И, надо сказать, недешевая. А хлеб свежий, только сегодня испекли. Думаю, тебе понравится. Ну же, выпей и закуси.

Призрак долго стоял молча и смотрел на кружку. Теперь он словно маленький растерянный мальчик теребил свой балахон, решаясь на поступок, о котором, быть может, пожалеет потом.

– Тебе нужно выпить, – шептала ведьма, сверля его тяжелым взглядом, – прямо сейчас.

Шумный призрак медленно поплыл в пространстве, не отрывая своего жадного взгляда от кружки.

– Я так давно ничего не ел, – завыл он на весь дом, – так давно ничего не пил. Даже забыл, как пахнет свежий хлеб. Эта хрустящая корочка, теплый мякиш…

Держа одной рукой хлеб, второй кружку, призрак поднес все вместе к лицу и вдохнул запах.

Насладившись ароматами, он стал пить водку жадными глотками, как пьют воду в пустыне усталые путники. Утолив жажду, он с грохотом поставил кружку на место. И вдохнул запах свежего хлеба. На лице заиграла довольная улыбка.

Теперь настала очередь ведьмы.

– Призрак, что ты здесь делаешь? Ведь твое место в ином мире. Не в мире живых.

Ее холодные слова вернули его к реальности. Он распахнул глаза и внимательно посмотрел на Анну.

– Я не могу туда уйти. Там меня ждет настоящий ад. Много боли и страданий. Я не хочу уходить. Там черти!

– У тебя есть причины бояться ада? Ты страшный грешник? Что же такого ужасного ты здесь натворил?

– Я был убийцей, – он сказал это так, как говорят о погоде.

– Убийцей зверей или мух?

– Людей! Я убивал их пачками, десятками. И это были не только солдаты. Иногда мне приходилось убивать и женщин тоже. Поначалу я боялся, мне было страшно. Ночью преследовали кошмары с их лицами, полными муки. Но со временем я стал спать спокойнее. Усыпил свою совесть. Запретил себе думать о тех, кто, умирая, видел мои глаза.

– Ты был на войне?

– Да.

– Как ты умер, можешь вспомнить?

Призрак отдалился к стене. Придерживая тощими руками хлеб, он все еще смотрел на ведьму.

– Это случилось утром. Мы попали в засаду. Позади меня взорвалась граната. Вначале я думал, что продолжаю жить. Не обратил внимания, что нет боли, нет увечий. Целехонек. Даже форма новая. Но когда я оглянулся, то увидел…

– Ты увидел себя.

– Это был я, но лучше бы я туда не смотрел. Там было красное месиво с костями. Только моя рука, сжимающая пистолет, осталась нетронутой осколками.

Призрак смолк. Молчала и ведьма, она ждала, пока он выговорится.

– Я где-то слышал, что после смерти люди видят белый свет. Так говорил один солдат в окопе. Его матушка была верующей женщиной. Я хорошо это запомнил. Белый свет. Некий луч из темного неба. Я ждал именно его, но так и не дождался. Стоял посреди поля, усеянного мертвецами, у своего родного тела, которое начало гнить под открытым небом.

– Ты сказал, что боишься ада.

– Конечно. Раз белый луч не явился за мной, следовательно, я должен идти в ад. В преисподнюю. Там низшие сферы, оттуда нет спасенья.

И он снова завыл. Анна терпеливо ждала, пока он успокоится. Едва он стих, как она начала говорить ровным и бесцветным голосом:

– Твой страх напрасен. Ты не должен бояться ада. Ад существует лишь в твоем воображении. Его ты сам себе устроил, оставаясь в мире живых. Разве это можно назвать жизнью?

Призрак испуганно посмотрел на ведьму.