– Отберёт-отберёт, – заверил парня гном. – Обзовёт холодным оружием и отберёт – менты тоже люди, им красивые цацки нравятся, особенно если в подарок начальству… Гм, а как ты «перо» взять собираешься? Оно же к стенке приковано!

– Уж как-нибудь, – Глеб протянул руку к стальным скобам, – раз сейф открыл, значит, и кинжал из крепежа вытащить смогу. – Едва парень прикоснулся к скобам – на вид крепким, мощным, только «болгаркой» срезать можно – как они обмякли и, словно резиновые, провисли под тяжестью кинжала.

– Убедил, – согласился гном и развинченной походкой направился к выходу из квартиры. Глеб хмыкнул, захлопнул дверцу сейфа, зашёл на кухню, оделся и последовал за Федулом.

– Офигеть, какие у меня помощнички, – съязвил Хитник, – до зубов вооружённые, опасные. Мда-а… Боюсь, наделаете вы дел с этим будимировским арсеналом, весь город на уши поставите! Умельцы-самострельцы, блин.

– Ничего, как-нибудь обойдётся, – заверил Хитника Глеб – за меня не беспокойся, подумаешь – кинжал! Не гранатомёт ведь, не базука.

– Тогда зачем он к стенке прикован был? – резонно заметил Хитник, но Глеб не ответил, на ходу рассматривая приобретение.

Размером кинжал оказался чуть больше ладони: короткая рукоять была обмотана узким кожаным ремешком и в руке не скользила; клинок – неострый, тщательно отполированный – опасений не вызывал, вряд ли им можно было порезаться. Да и, скорей всего, не для рукопашного боя предназначался тот кинжал, не для кровопускания. На первый взгляд – вовсе безобидная, декоративная игрушка… Хотя, скажем, какой-нибудь оборотень вряд ли бы согласился с подобным глебовым мнением.

По всей небольшой длине клинка, с обеих его сторон, протянулась тонкая, едва заметная вязь непонятных Глебу письмён, то ли вырезанных по серебру, то ли вычеканенных. Неведомые значки были залиты светло-серой эмалью и потому, особенно на расстоянии, практически незаметны.

– Хитник, а ты понял, что тут написано? – спросил Глеб, пряча кинжал в карман куртки. – Очень оно мне интересно! Может, это крайне важное указание владельцу, инструкция по использованию? Вроде как в кино: «Макс, жми кнопку!» Хотел бы я знать, где у кинжала та кнопка…

– Нет, не понял, – помедлив, ответил Хитник. – Скорей всего, некий древний, мёртвый язык. Заклинание, что ли… Впрочем, тот мой знакомец, к которому мы сейчас пойдём, в подобных колдовских штучках знатно разбирается. Объяснит и без перевода, – Глеб вышел из квартиры, с силой захлопнул за собой дверь, проверил, заперта ли: не то вломится в открытую квартиру ещё какой очередной хитниковский приятель, дорогого брателлу Хитника проведать, и поди угадай, чем тот визит закончится! Рисковать не стоило.

Опустившись на лифте в просторный холл с зеркальными стенами, Глеб небрежно кивнул охранникам, мол, привет, служивые, и, провожаемый их настороженными взглядами, вышел на улицу. А на улице была красота!

Полуденное солнце грело не по-весеннему жарко, словно летнее, июньское; в солнечной высоте носились мелкие пичуги, радостно чирикая и неприцельно гадя куда ни попадя. Озеро перед жилищным комплексом сверкало частой рябью, в которой там и тут – в основном у берега – темнели горлышки полузатопленных бутылок из-под пива, последствие вчерашнего народного праздника.

Приозёрный берег походил на место колдовской битвы светлых и тёмных сил с применением фаерболлов разрушительной мощности: похоже, вчерашняя гулянка не обошлась без обязательных фейерверков, ракет и петард. Чёрные проплешины от взорванных китайских зарядов напоминали следы огненных драконьих плевков, а утерянные по пьянке шампуры – мечи бесславно сгинувшего войска.

Воздух пах копотью и свежей зеленью: к немалому изумлению Глеба, за ночь на деревьях набухли и раскрылись почки, а из земли везде, где не было асфальта, проклюнулась молодая трава.

Федул стоял возле входа в здание и, козырьком прикрыв глаза ладонью, с задумчивым видом оглядывал раскинувшийся перед ним пейзаж.

– Что, кайфуешь? – подначил гнома парень. – Весна, красотища! Половодье чувств, так сказать… Май, любовь, свежее пиво! Форева и всякое такое.

– Не, – отрицательно покачал головой Федул, флегматично созерцая водную гладь. – Мы вчера, когда на девятом этаже гуляли, двух ведьм ненароком в озеро выкинули… халявно, заразы, в компанию припёрлись, через окно. Ни «здрасьте» тебе, ни бутылки с собой, один пьяный гонор и неуважение к коллективу. Потом уж разобрались, что они окном ошиблись… Вот, смотрю, не всплыли ль? – Глеб сглотнул, прокашлялся и сказал севшим голосом: