В десятых годах XX века автоматические телефонные станции (АТС) постепенно стали вытеснять «барышень», которые соединяли абонентов вручную. К началу Первой мировой войны в США было более ста АТС, в Германии — семь, в Великобритании — две. В Москве первая такая станция появилась только в 1924 году в Кремле. Городская АТС заработала в 1930 году.

Американцы, раньше всех столкнувшиеся с семизначными номерами, решили проблему запоминания (а тогда казалось, что семизначные номера помнить сложно) при помощи мнемонических правил — первые три цифры заменялись буквами, с которых начиналось какое-нибудь слово. По техническим соображениям в Америке на единицу не начинался ни один номер. По историческим соображениям ноль всегда использовался для вызова телефонистки. Таким образом, любой американский номер мог начинаться на любую цифру, кроме 1 и 0.

Мнемонические правила до середины 1960-х использовались в Лондоне и Париже. Американцы сначала использовали схему ABC-4567 (три буквы — четыре цифры). Так как запас новых слов, начинающихся с нужных трех букв, подходил к концу, в 1930 году Нью-Йорк, а в 1947–1948 годах и остальные города были переведены на схему AB3-4567.

Номера писались (и произносились) так:

1924 год. Номер телефона TREmont 3106 (873-3106)

1948 год. Номер телефона HArrison 7-8723 (427-8723)

1960 год. Фильм с Элизабет Тейлор BUtterfield 8 (288)

Все, что было связано с телефоном (от аппаратов до станций), приходило в Россию с Запада. Международное телефонное общество Белла из Нью-Йорка в 1881 году заключило с российским правительством контракт на устройство и эксплуатацию телефонных сетей в Санкт-Петербурге, Москве, Варшаве, Одессе, Риге и Лодзи сроком на двадцать лет.

В России компания «Л. М. Эриксон и Ко» открыла свою первую станцию в 1893 году — в Киеве. В конце XIX века бывший владелец мастерской по ремонту телеграфных аппаратов Ларс Магнус Эриксон имел в России самый большой рынок сбыта и хотел даже переехать в Петербург. Сегодня компания «Эриксон» в своем годовом отчете описывает это так: «Уже в конце 1890-х Эриксон вел дела по всему миру, включая такие страны, как Китай, Россия и Мексика».

В 1900 году Эриксон построил свою первую зарубежную фабрику — в Санкт-Петербурге. В 1927 году она была переименована в «Красную зарю» и начала выпускать первые советские телефонные аппараты.

В Милютинском переулке в Москве находилась крупнейшая в Европе телефонная станция, которой владело Русско-датско-шведское акционерное общество (здание до сих пор используется в качестве телефонного узла). В 1917 году революционно настроенные массы в течение пяти дней осаждали засевших в здании юнкеров. Через пять дней ни одного юнкера не осталось, а из шестидесяти тысяч номеров работало около десяти тысяч. В 1920 году Совнарком распорядился отобрать у частных лиц все телефонные установки — номеров не хватало.

Хозяйке на заметку

Последнее, что могло волновать СССР в двадцатые годы, — создание системы мнемонических правил для запоминания телефонных номеров. В то время не были редкостью номера типа А-23-45 (буква — четыре цифры). Позже появились АТС и с двухбуквенными индексами, но поскольку каждая буква проговаривалась отдельно, это создавало только сложности при запоминании. Буквы рядом с цифрами в СССР использовались до 1968 года.

1968 год. Листовка об отмене букв в московских телефонах (с сайта МГТС)

1970 год. Памятка абоненту городской телефонной сети. Издательство «Связь»

У первых телефонов номеронабирателя не было. В книге «Список абонентов Московской телефонной сети» за 1916 год первый пункт правил пользования телефонными аппаратами гласит: «Центральная станция вызывается простым снятием микротелефона с рычага. Дежурная на станции должна ответить, сообщая свой нумер. Затем абонент ясно и отчетливо сообщает нумер, с которым требуется соединение».