Но это не помешало ей довольно спокойно произнести только одно, но такое важное для меня слово:

– Спасибо.

Эриар

Допрос ничего не дал. Кинар твердил одно и то же. Ромио нарушил его приказ убить щенка, настроил против него наймитов. Так что он только поджидал подходящего момента.

О том, что дочь лери привязана к хорту, знал, но считал блажью. Как привязалась, так и отвяжется. Не дело девушке в этом возрасте с тварями играться. Да и о ней заботился: не будет игрушки, меньше станет с ансаиром видеться. Не для нее его компания.

С Тистаром и того хуже. Если бы не Ромио, он отправился бы искать Танраша, тот его просто опередил. Вдвоем – Шинар не отпустил. С командиром отряда отношения натянутые. Ушел бы к Сорету, но останавливал найм. Там порядок жестче, но от желающих попасть в отряд Жореса отбоя нет, хоть и не каждого берут.

Кровь я пустил им обоим, но больше пугал. Каждое их слово подтверждалось дюжиной других. Не совсем гладко, но все неточности только в их пользу толковались. Кто-то что-то видел, да не понял, а другой и приврал. Кинара в отряде действительно не любили, потому и пытались очернить. А Тистара выгораживали, как и Ромио.

Вот только не мне судьбу Гарда решать. Был бы уверен, что тот клятву нарушил, живым из подземелья не выпустил бы. А так даже сам вышел, пусть и через шаг к стене прислонялся.

Жаль, с ансаиром я своего гнева не рассчитал, пришлось парня водой отхаживать да на руках воинам выносить.

Шинар слова не сказал, приказал наймита к лекарю отнести. Кинара и его подопечных в казарме заперли, под охраной. Прояснится, что с Дарией, тогда и ими займемся. Пока не до этого. Плохо, что теперь я был не так уж и уверен в сговоре. Допускал случайность.

Допускал, но продолжал сомневаться.

Один из отрядов наткнулся на отрезанный подол килонора Дарии, прислали вестника. У следопыта создалось впечатление, что оставили для нас, давали направление. Я принял это к сведению, но не более того. Сомнения не позволяли остановиться на чем-то одном. Известно много, но сколько во всем этом правды?

Усталость туманила голову, однако отдохнуть не удалось. Как только Талина скрылась за дверью, я отправился обратно в нижнюю крепость. Жена права, именно я должен был защитить ее дочь, именно на мне лежала ответственность за то, чтобы последнее слово нимеры не стало требованием обстоятельств.

В истории моего княжества уже были ситуации, когда крепости воплощенных поднимали тревожные вымпелы. Между нами и проклятыми лежали горы Раздела, но им не удалось стать преградой для ненависти.

Кто друг, кто враг? Как открыть любимой, что ее боль – твоя боль, если не умеешь этого делать? Как шагнуть вперед, если подспудный страх, что оттолкнут, путами связывает ноги?

Время перемен, Эсофи… Это звучало символично.

Дожидаясь Шинара в его доме – он отправился в обход вместе с патрулем, незаметно для себя задремал. Крепость не спала, но в ней было так тихо, будто ничего и не случилось.

Проснулся я от шороха, Шинар снимал перевязь.

– Отдыхай, – бросил он негромко, заметив, как я открыл глаза. – До рассвета известий не будет.

В том, что он ошибается, мы узнали очень скоро. Я только расслабился, согласившись с тем, что день будет беспокойнее, чем ночь, как сработал тревожный амулет в портальном зале.

Когда мы с комендантом добрались до большого джейсина, башня, в которой находился круг перехода, была окружена тройным кольцом. Меня небрежно отстранили, как только я сделал попытку первым оказаться внутри, а уже спустя несколько мгновений Шинар, буквально таща на себе, вывел наружу Аранара.

Только к утру стало ясно, что он был на грани жизни и смерти, но кто-то оставил ему шанс не переступить черту. О том, с кем именно дрался князь, узнать нам не удалось. Разорванное горло не дало такой возможности.

У меня были догадки, к кому кинулся мой друг, узнав о пропаже Дарии. Даже без доказательств, я и сам склонялся к тому, что не обошлось без Маркирера. Как раз потому, что этих самых доказательств и не было. Отличительная черта задумок проклятого князя.

Это все тут же выветрилось у меня из головы, как только я вошел в переход за четверкой своих воинов, отвечая на зов о помощи.

Отпрыски палача… Я уже не помнил, кто первым назвал их так, но прозвание прижилось.

Меч я вынул, еще не ступив на землю.

Маяк вывел нас точно, да и вестник прибыл вовремя. Еще было кого спасать.

– Мне нужны живые, – рявкнул я, кидаясь в гущу. Это был единственный способ вернуть себе спокойствие.

Дождавшихся помощи из отряда Аранара мы оттеснили сразу. Когда они столкнулись с воинами Сомея, их было столько же, сколько и нас сейчас. Осталось меньше десятка, да и те почти все ранены.