— Почему вы не верите, что я нахожусь под покровительством государственного лица? Он способен вмиг снять вас с должности или повысить.

— Профессия у меня такая — не верить. Если начну верить всем на слово, то какой смысл в моих должностных инструкциях? Следуйте за мной, надо составлять протокол…

— Минутку, минутку, я только наберу Анатолия Федоровича по мобильной связи.

Инспектор промолчал, но про себя подумал, что неплохо разыграл спектакль.

— Анатолий, это я, — зачастила тем временем его жертва, — какой-то инспектор собирается конфисковать мою лодку! Да, но он не верит… Как его зовут? Как вас зовут?..

— Леонид Иванович Ефимкин… — сказал инспектор.

— Ефимкин, его зовут Ефимкин… Передаю трубку…

— Государственный инспектор второго класса Госрыбконтроля Леонид Иванович Ефимкин слушает… — с достоинством представился чиновник.

— Милейший друг, это Прещемихин говорит, С-кий федеральный округ. Зам руководителя. Что ты там девушку пугаешь?

— Уважаемый господин Прещемихин, сегодня у нас комиссия из Москвы. Житволь, Варнищенко, Борчинок и другие. Прибыли инкогнито, чтобы проверить, как налажена охрана водных ресурсов России. Патруль записал номер лодки вашей знакомой. Мне поручено доставить ее на берег для составления протокола и изъятия всего содержимого. Дело само собой будет передано в суд. Вы представитель региональной власти, а на берегу меня ждут с арестованным судном представители центра. Как мне быть?

— Можно что-нибудь придумать, чтобы не было протокола и конфискации? — помрачнел голос в трубке.

— Я бы пошел на риск, но должен быть уверен, что вы есть вы. Назовите номер телефона вашей приемной и прикажите мой звонок переадресовать вам. Сегодня воскресенье, но ваша приемная должна работать. Тогда я начну ломать голову, как спасти нашу фигурантку от неприятностей. Кстати, второй канал по итогам проверки готовит материал для программы «Вести недели».

— Запишите мои телефоны и звоните. Надо сделать все, чтобы не допустить скандала, — голос федерального чиновника явно стал любезнее.

— У вас при себе деньги есть? — с напускным безразличием спросил инспектор.

— Сколько вам нужно?

— Не мне, а вам, милая. Меня впечатлило, что вам протежирует такой уважаемый человек. Но я же не смогу сообщить членам комиссии, что он ваш покровитель. Иначе скандал разрастется и будет иметь очень неблагоприятные последствия. Скорее всего, деньги надо будет передать телевизионщикам, команде инспекторов — этот брат любит взять. Если я не приведу вас на берег, за вами погонится стая служителей закона. Сейчас наберу Анатолия Федоровича, нужна еще одна консультация. — Инспектор откашлялся и придал голосу солидность. — Это Ефимкин, в следующий раз, когда вы своих друзей отправите на речной промысел, пожалуйста, звоните заранее… Касательно вашей знакомой — есть единственный выход. Сейчас я свяжусь со своим секретарем. Она подготовит приказ о зачислении… Как ваша фамилия? — обратился он к молодой женщине.

— Луснецова!

— …Луснецовой нештатным инспектором рыбоохраны. Помимо этого — необходимо угостить по-сибирски столичных телевизионщиков и бригаду инспекторов из Красноярска. Проблема в том, что я принял вызов на злостного нарушителя. Получается, что лодка мне не знакома. Как такое может быть: мой инспектор, а лодку я не знаю? Подозрительно, не правда ли? Потом ее необходимо внести в ведомость и указать, что она имеет право останавливать водные средства на проверку. Есть другой вариант: вы звоните Житволю или Варнищенко, а также руководителю программы «Вести недели» и решаете вопрос без моего участия, самостоятельно. Я же здесь, так сказать, прикрываю тыл… Одним словом, или она беспрекословно слушается меня, или разруливайте ситуацию сами.

— Хм-хм, ваше первое предложение мне нравится больше. Дайте трубку Наталье, я ей все объясню…

«А этот охотничий нож просто прелесть. Скорее всего, импортный, не приходилось встречать такой роскошный, — думал Леонид Иванович, искоса разглядывая изделие. — Надо его как-то прибрать к рукам». Молодая женщина тем временем закрыла телефон и повернулась к Ефимкину:

— У меня с собой тысяча долларов, — сказала она виновато.

— Так много и не нужно. У вас опыта больше, подскажите, какие средства необходимы, чтобы заинтересованно напоить и накормить пятнадцать человек? Мне этим никогда не приходилось заниматься…

— Где?

— У нас в Кане.

— Я не знаю ваших цен. Ну, пятьдесят — шестьдесят долларов на человека.

— Итак, пятнадцать помножим на шестьдесят… Девятьсот долларов. Отсчитайте мне эту сумму. Я позвоню секретарше, чтобы она подготовила приказ о вашем зачислении на службу нештатным инспектором.

Ефимкин отошел в сторону и начал диктовать начальственным тоном:

— Шурочка, подготовь приказ на имя Натальи Луснецовой. Она зачисляется к нам с первого пятого нештатным инспектором. Номер ее лодки ЩО-133. Это водное средство имеет право передвигаться в подконтрольном нам речном бассейне в любое время суток. Записала? Умница! Какой нож, у меня ножа с собой нет. Для чего? Рыбный шашлычок готовить?.. Уважаемая, у вас есть охотничий нож?

— Есть, а что?

— Шурочка, нож нашелся, не беспокойся… Я его у вас возьму на время… Где он? — Инспектор получил нож и, не глядя, сунул в карман. — Первая часть дела сделана, уважаемая. Уже легче. Теперь вы нештатный инспектор рыбоохраны… Беда отступает, но еще надо принять некоторые меры. — Леонид Иванович окинул взглядом свою жертву. — С деньгами разобрались? Давайте. Отлично. Сейчас я выпущу желтую ракету. Для берега она означает, что ваша лодка по нашему поручению следует на юг. А вы включайте моторчик и двигайтесь направо. Через пятнадцать километров вы в полной безопасности. Или другой вариант, он мне больше по душе: мы вместе с вами объезжаем всех нарушителей, составляем протокол задержания, конфискуем незаконные предметы лова даже, порой, вступаем в схватку. Опасаться нечего: речная милиция по первому сигналу будет тут как тут. Наша акция продлится до вечера.