– Но это же хорошо, что во мне нет радиации, правда?

– Да, это хорошо, сильное облучение не имело места. Действительно это так. Это хорошо. Но не думайте, что облучение зародыша обязательно должно быть сильным, мутацию может вызвать и отдельный радиоактивный пучок частиц, вы могли его получить ещё в момент зачатия, и потом он выветрился. Просто, главное, не волнуйтесь, уровень радиации у вас в норме, ну всё я пошёл.

Он вышел, а Жанна так и осталась лежать в помещении с подругой. Яна продолжила болтать, но Жанне совсем не хотелось с ней общаться сейчас, и она вскоре замолчала, так и лежали молча, Яна продолжила читать свою книжку. Вскоре, дверь снова открылась и в палату зашла медсестра в белом халате с тележкой, на тележке было четыре блюда, на двух женщин, какой-то борщ и гречневая каша с курицей, весьма не плохо по меркам Жанны. Также на подносе в центре лежали нарезанные яблоки, и в графине имелся компот. Жанна села, но есть не хотелось, но она пересилила себя, и немного похлебала борщ, а вот Яна заставила себя съесть почти всё, а потом стала тискать и Жанну. В итоге, с понуканий Яны, переступив через нехочу, пришлось всё-таки съесть всё, включая яблоки, и выпить компот.

Спустя час, в комнату зашёл профессор, на этот раз он был один. У него в руках блокнот с ручкой, он сел у кровати Яны.

– Ну что, я хочу вас обрадовать, в лаборатории провели первичное исследование крови и мочи. Никаких наркотиков или никотина в вашей крови не обнаружено, и это хорошо, и это главное. Так же не обнаружили и других посторонних опасных химических веществ, которые могли бы вызвать мутацию. Так что речь не идёт о мутации вызванной химическими веществами, и вы попадаете под нашу ответственность. Этот дефект вызван радиацией, это точно.

– Доктор, а где же хорошие новости?

– Хорошая новость есть, судя по химическому составу вашей крови, и по реакции лейкоцитов, выкидыша нам в ближайшее время опасаться не стоит. Так что всё нормально, лежите, набирайте вес, кушайте, раз в день будете сдавать кровь, проходить процедуры и ни о чём не беспокойтесь.

– Доктор, можно поговорить с мужем? Позвонить?

– Нет, извините.

– Но почему?

– В общем, ему, всё, что положено, сказали, и у нас на этот счёт есть чёткий приказ. Но вы можете написать ему письмо. И если оно пройдёт цензуру, его передадут вашему мужу, ну и ваш муж может написать письмо вам. Только, учтите, цензура предполагает, что вы не можете рассказать ему, что с вами и ребёнком, не можете рассказать, где вы, и ещё много чего не можете сказать, если желаете, я принесу вам свод правил, что можно, и что нельзя. И вы согласно этим правилам напишите письмо, но не больше одного в день, и не больше ста слов.

– Хорошо, принесите...

Он кивнул, поднялся, и ушёл.

Время в клинике тянулось очень медленно, Чехов позволят женщинам читать книги, играть в шахматы и карты, но никогда не выпускал их из палаты, если только на процедуры. Находиться всё время в одной тусклой завешанной полиэтиленом комнате было тяжело. Им не позволялось гулять, звонить домой, и не позволялось многое. Чехов объяснял, что всё это из-за иммуно подавляющих препаратов, предотвращающих выкидыш. За пределами палаты были вирусы и микробы, особо опасные сейчас для их организмов. Так что время тянулось очень скучно и медленно, делать было нечего, Яна пыталась болтать, но выходило это у неё довольно скучно, и Жанна старалась болтать поменьше, соседка по несчастью обижалась. Раз в день Жанна писала письма, очень короткие и скупые, читала письма мужа, тот обещал ждать её и ребёнка, он не знал, что у неё в животе растёт монстр. Ему сказали, что она чем-то заразным больна и помещена в спецлечебницу, чтобы сохранить ребёнка. Жанна боялась, что рано или поздно муж узнает правду. Или спросит где ребёнок, впрочем, она знала, что ему ответят, был выкидыш и ребёнок умер, или просто, ребёнок умер, всё, никаких вопросов, никаких претензий к самой Жанне. Рожайте ещё одного ребёнка, на этот раз здорового, не болейте. Ужасно и бесчеловечно...

Как-то ночью, Жанна проснулась от того, что где-то вдалеке был крик женщины, она прислушалась, и услышала крик снова, женщина орала как резанная. Это продолжалось долго и было слышно отчётливо, Жанна подумала, и решила не будить Яну, пусть спит... Хотя в голову лезли всякие не хорошие мысли, но она знала, отсюда не убежать, тем более беременной, палата заперта, а снаружи, да и внутри больницы есть охрана. Бежать некуда, и даже если, она ведь в лесу, и беременна, и от того, что внутри неё, никуда не убежать.

Утром в палату вошёл профессор, и начал проводить обычный осмотр, а заодно он должен был забрать анализы, как обычно мочу и кровь.

– Константин Иванович, я слышала, ночью кричала женщина, кричала очень долго, почти всю ночь. Что случилось?

– Жанна, это же родильный дом, что могло случиться, как думаете сами? Она просто рожала, а женщины когда рожают, всегда кричат, и громко и долго.

– Я тоже об этом подумала, просто решила спросить.

– А кто рожал?
– Спросила Яна.

– Это Настя, женщина из Чернобыля, страдающая лучевой болезнью, у неё всё-таки произошёл выкидыш, роды были довольно долгими, около двух часов и сопровождались обширными кровотечениями. Если бы у нас был хирург похуже, в обычной больнице, она бы, наверное, умерла, но сейчас её состояние стабильно тяжёлое, вроде пронесло. Увы, наши таблетки не помогли, и выкидыш произошёл, на шестом месяце.

– А что с ребёнком?

– Её ребёнок умер, зародыш развивался неправильно с обширными аномалиями, и в определённый момент это и лучевая болезнь, вызвало выкидыш.

– И вы будете его резать?
– С ужасом спросила Жанна.

– Жанна, - улыбнулся доктор, - я не хотел вам это говорить, но вы взрослая женщина, вы должны знать, врать не буду, умерших людей очень часто вскрывают, даже если это нормальные люди, а не мутанты, младенцы не исключение. Просто чтобы узнать причину смерти, и да, мы вскроем умершего младенца и изучим патологии его внутренних органов.

– Мерзко...

– Это медицина Жанна, то, что мы делаем, не преступление, изучить причину смерти человека обязанность врача, даже если человек совсем маленький.