– Вот видите, все же была причина поспешить, сэр Рид. Вы бы открыли ворота, чтобы его впустить?

– Ну, не знаю… Наверное, да. Это же барон Гатине, перед ним всегда и в любое время открываются все ворота в королевстве.

– И были бы неправы. Мастера стараются не лезть в дела людей, но есть такие – их прозывают темными, – которые за плату могут сделать многое. В частности, зачаровать кого-то, перед кем, так или иначе, открываются все ворота. Не все, что видят наши глаза, является таковым и в действительности. Запомните это, сэр Рид.

– Я барон Гатине! Желаю говорить с вашим командиром! – послышался голос Жерара из-под стены.

– Приветствую вас, барон!

– Георг?! Это ты?!

– Барон Авене к вашим услугам.

– Тогда, может, откроешь ворота и впустишь меня?

– Мост опустим, а вот с воротами немного обождем.

Со стены спустили веревку с доской, укрепленной таким образом, что она походила на лавку. Глянув на эту конструкцию, а затем бросив взор на стену, откуда за ним наблюдали защитники города, барон ухмыльнулся и начал прилаживаться к неудобному сиденью.

– Ну и зачем нужно это кривляние?

– Хочу взглянуть в ваши честные глаза, господин барон. В прямом смысле этого слова.

– Хм… Ясно. Гляди.

– Сэр Рид, прикажите открыть ворота и впустить солдат короля Гийома, – убедившись, что имеет дело не с зачарованным, приказал Георг. – Сколько вас, барон?

– Пять сотен. Все, что смог наскрести на границе за имеющееся время. Но, думаю, этого хватит с лихвой.

– Пожалуй, что и так.

Пока они спускались со стены, улицы начали наполняться ликующими криками, которые разносились в разные стороны по улицам и переулкам, неся всем жителям радостную весть. Король Гийом не забыл о них! Он прислал подкрепление! Скоро он и сам будет здесь! Они не одиноки! Да здравствует король Гийом!

Кони были уже у выхода из башни, так что воинам оставалось только взгромоздиться в седла и направиться в замок, где вскоре должны были собраться и все остальные командующие воинскими соединениями. Появились новые силы, новые лица, имеющие куда больший опыт в воинском деле, а потому перемещение лиц по должностям было неизбежным, как ни обидно могло это быть для тех, кто, собственно говоря, отбил город у короля Джефа.

Совещание продлилось до обеда. Как и ожидал Георг, командующим гарнизоном Хемрода остаться ему было не суждено. Впрочем, он не больно-то расстроился по этому поводу. Он был хорош в нападении, в организации засады, в командовании своей сотней, а осада и оборона имели столько тонкостей, которым ему еще нужно учиться и учиться.

Ему не давало покоя другое. С момента появления барона он все время думал о происходящем и никак не мог найти ответ, который бы пролил свет на события. Помощь подошла как нельзя кстати. Но такого просто не могло быть. Неужели…

– Ну что, мой мальчик, надеюсь, ты не обиделся? – дружески хлопнув Георга по плечу, поинтересовался барон Гатине.

– Нет, все справедливо. Мы можем говорить открыто?

– Мои люди контролируют этот зал, но голос лучше все же не повышать.

– Ясно. Барон, а как вы так скоро оказались здесь?

– Ты забыл, кто я, мой мальчик, – с довольной улыбкой произнес Жерар.

– Отчего же, очень даже помню. Но даже вам не под силу за столь короткий срок собрать пять сотен конных бойцов на границе графства Гиннегау, где каждый воин на вес золота. И уж тем более – успеть совершить марш на такое расстояние, да еще и без сменных лошадей. Я никогда не командовал слишком большими силами, но представление о переходах и трудностях, связанных с этим, имею. Подобное возможно лишь при одном условии… Вам было известно о намечающихся событиях раньше, чем они начались.

– Георг…

– Ты сделал мою матушку разменной монетой в своих играх. Я ведь говорил, чтобы ты не смел к ней приближаться.

На барона Гатине сейчас взирали глаза, полные ненависти. В этих глазах сейчас отчетливо был виден истерзанный труп Несвижского Пса. Не сказать, что Жерар испугался, – как ни крути, но он тоже чего-то да стоил, даже с учетом талантов Георга. Но вот драться ему категорически не хотелось. Мало того, он желал сохранить дружеские отношения с Георгом. Сомнительно, что из этого что-то получится, но попытаться все же стоит.

– Не лапай меч, парень. Если тебе так уж хочется, то я тебе обещаю, что мы с тобой сойдемся в поединке и на том оружии, которое выберешь ты. Но сначала мы поговорим. Если поймем друг друга – хорошо. Нет – тебе придется подождать до конца кампании.

– Думаешь обвести меня вокруг пальца? Считаешь себя самым умным?

– Помилуй бог. Если бы я был самым умным, то этот пройдоха Клод не обошел бы меня на кривой кобыле, а ты никогда не догадался бы, что все это моих рук дело.