Шрифт:
– Шикарно, – сказала Алла Игнатьевна, когда он закончил. – Полгода с тобой позаниматься – и можно в Гнесинку поступать. Только ответь на вопрос – почему ты раньше притворялся?
– Что?
– Еще вчера ты выглядел… Ну… Не столь внушительно. И вдруг сегодня – такая разительная перемена.
– Озарение постигло, – улыбнулся Олег. – Снизошло. Коснулся меня кто-то сверху, – и указал пальцем на потолок.
– И после этого мы будем разучивать пьесу? – преподаватель сложила ноты обратно в папку. – Не понимаю, зачем ты меня разыгрывал. Может, хотел что-либо от родителей таким образом получить?
– Да что вы, – расстроился Олег. – И не думал.
– Все равно – мне здесь делать нечего.
Репетитор ушла, не попрощавшись. Из кухни донесся ее голос, затем мамин голос, раз повышение тона, другой… Хлопнула дверь.
Вошла изумленная мама.
– Зачем ты обидел Аллу Игнатьевну?
Олег сделал круг на стуле.
– Она не сообщила – чем же?
– Сказала, что ей тебя учить нечему. Что ты слишком хорошо сегодня играешь.
– И в чем же моя вина?
– Она сказала, что раньше ты притворялся.
– Она не права. Просто сегодня особенный день.
Мама стояла, прикусив губу и явно не готовая что-либо предпринять.
– Все это очень странно. Однако, мне некогда. Позже поговорим.
– Здравая мысль.
Мама вздохнула и ушла. Он потопал в свою комнату и начал вынимать из шкафа все свои вещи, думая, во что облачиться завтра. Копался долго, выбрал курточку, почти столь же смешную, как у Буратино, и болгарские джинсы. Затем принялся разбирать школьные тетради. На полях – неизменные рисунки. Шаржи на одноклассников. Окровавленные когти оборотня. Скелеты, виселица, «Айрон Мэйден», гробы. Что творилось в голове у мальчика? Н-да, не практиковали тогда детские психоаналитики. О-о-о… Свобода на французских баррикадах. Чудесно.
Аккуратные стопки тетрадей, дневников. Грамота по «Природоведению» за 4-й класс. Не смог удержаться от смеха. Он уже забыл, что когда-то существовал такой предмет. Фотографии. Пионерский лагерь. Поездка на Мамаев курган в Волгоград. Правильно, воспитание патриотизма. Ох. Папа и мама привели ребенка в первый класс. Какой же большой лоб у Белого Лба. Неправильный мальчик, нет.
Долго сидел на полу, перекладывая тетрадки и карточки, еще не успевшие накопить пыль. Вспоминая, вспоминая…
V
Раздалась короткая трель звонка, щелкнул замок, послышался негромкий голос. Спустя несколько секунд – стук в дверь детской. Хозяин вышел – на пороге стояла мама в фартуке.
– Там к тебе Георгий с визитом.
«Какой Георгий?» – подумал он.
В коридоре мялся Шило. После того, как мама скрылась в кухне, он горячо зашептал:
– Шесть минут пятого, а тебя нету! Гад! Я думал, может, случилось что?
– Где меня – нет? – Олег напряженно вспоминал.
Жорка от негодования онемел, только хватал ртом воздух.
– На футболе, сволочь! Абще офонарел! Издеваешься?!
– А-а… Сейчас…
Футбол? Почему бы и нет. С этим мальчишеским телом предстоит жить. Интересно знать, на что оно способно. Одел утренний спортивный костюм, сунул ноги в кеды, и под брюзжание одноклассника отправился во двор.
– Ну ты выступил! – вдруг заговорил приятель о школьном происшествии. – Мы тебя потом вдесятером искали – не нашли. Витальевна никого к доске не вызывала, дала тему для письменной работы и свалила. Вернулась перед концом урока, белая, как мел! Нет, белая, как смерть! Села за стол, уставилась в одну точку, звонок трещит, а она не шелохнется! Мы тетради сложили в стопочку на первой парте – и бегом оттуда! Что за манифест ты выдал, а? Она теперь злее в два раза станет!
– Не станет. Надеюсь, у вас будет новый учитель. Спокойнее и мудрее.
– «У вас»? А ты, что, в другой класс собрался?
– Ну… Вроде того.
На площадке собралось полтора десятка юных игроков, увидев неразлучную парочку, для приличия побубнели насчет опоздания, обсудили правила и начали игру. Олег еще не размялся – ему уже дали передачу. Пытался остановить мяч «щечкой», аккуратно – тот отлетел в сторону, как от стенки. Ошибся и во второй раз. После третьего им забили гол. Подбежали Шиляев и Данилин.
– Что с тобой? – орал Кипиани.
– Ты почему такой деревянный?! – кричал Жорка.
– Я ему вмажу! Дайте, я ему вмажу! – из-за спин пытался выпрыгнуть Борька Коренев.
Навыков игры в футбик не осталось. Ноги теперь могли многое другое, но только не работать с мячом.
– Я в ворота встану.
– Обалдел? – верещал в спину Шило. – А кто играть будет?
– Я! Я! – радостно визжал Быша, видя, что ему нашлась замена.
Первый удар в «рамку» оказался слабым – Олег без труда забрал спортивный снаряд. Зато следующий шел под перекладину – резко выбросив руку, отбил. До третьего, в нижний угол, дотянулся ногой. После четвертого мяч шел в «девятку», в самую «паутинку» – ребята из дома на Университетском уже радостно вскинули руки, празднуя гол, – но он высоко выпрыгнул и взял «круглого» намертво. Затем произошел выход один на один, соперник пытался «раскачать» его ложными движениями и обвести, но Олег тигриным прыжком в ноги забрал мяч.