— Кондиционеры, — сказал Нико. — Сейчас.

Храбрый Охотник сказал свое слово.

Мы подчинились.

Блоки было легко обнаружить. Они стояли прямо по центру крыши. Четыре гигантских коробки размером с фургон. По бокам находились щели, впускающие свежий воздух, и из каждого блока выходили приземистые металлические трубы, соединяющиеся в одну. Это большая труба уходила вниз, сквозь крышу «Гринвея».

— Черт, — сказал Нико. — Трубы.

Трубы были проблемой. Они здорово пострадали во время града. Они были помяты и продырявлены. Через большие дыры вместе с воздухом, очищенным фильтрами, трубы всасывали обычный воздух.

— Даже если мы отключим блоки, плохой воздух все равно будет проникать через дыры в сломанных трубах, — сказал Алекс. В его голосе слышалась паника. Он начинал бояться.

— Нам нужно сплющить трубу, — сказал Нико и повернулся к Сахалии. — Найди кувалду. Возьми с собой Джейка, она тяжелая.

— Я могу донести чертову кувалду, — вспыхнула она.

— Ну так иди и сделай это, — заорал Нико.

Она поспешила к люку.

Нико залез на трубу в полутора метрах от места, где она уходила в крышу. Он немного потоптался и подпрыгнул. БУМ. Раздалось металлическое эхо. БУМ. Труба немного поддалась.

— Помогите, — сказал он нам с Алексом.

Мы забрались наверх и стали вместе прыгать на этой чертовой трубе. Может, это и было бы весело, если бы мы не видели черное облако, распространяющееся по небу как нефтяное пятно.

Мы прыгали одновременно, и труба стала вдавливаться.

Наконец появилась Сахалия, она приволокла кувалду.

Нико взял её в руки и начал бить по металлу. Кувалда оказалась куда более эффективной, чем наши прыжки. Мышцы на его спине напряглись, и я действительно зауважал этого парня. Нико оказался сильным и выносливым.

Воздух вокруг нас стал зеленым. Казалось, что мы находимся под водой, все выглядело чужим и непривычным.

«Бам, бам, бам», — звучала кувалда, проминая вентиляционную трубу.

Облако несло перед собой потоки воздуха, как во время летней грозы. Только этот воздух был горьким, и мои глаза начали слезиться.

— Уходите, — крикнул Нико. — Я скоро вас догоню.

— Нет, — сказал я. — Тебе нужна помощь…

Внезапно я вспомнил, что оставил маски около люка.

Я побежал за ними.

Наверное, Алекс и Сахалия подумали, что я побежал к люку, и припустили вслед за мной.

Я схватил маски, а они проскользнули мимо меня к люку, и, кашляя и ругаясь, начали спускаться по лестнице.

— Я скоро, — крикнул я и повернулся, чтобы побежать к Нико…

И тут мне стало плохо.

Я ощущал это в теле, в горле и в голове. Как будто кровь закипела в моих венах. Раздражение и зуд во всем теле были такими сильными, что мне хотелось убить кого-нибудь. Именно убить. Я хотел убить кого-то, и этим кем-то был Нико.

Я смотрел, как он колотит по трубе кувалдой, и мне хотелось его придушить. Конец всей этой героической благородной и совсем не смешной истории.

Шатаясь, я двинулся к нему с маской в руках.

Я зарычал.

И вдруг грохнулся лицом прямо на градины. Кто-то сбил меня с ног, а еще схватил за ботинок. Я пришел в ярость. Это был мой собственный брат. Он тянул меня к люку, его лицо было закрыто респиратором.

Я замахнулся на него. Я хотел его смерти. Так меня опрокинуть. Да я сейчас ему голову оторву!

Я схватил пригоршню градин и швырнул в него.

Он тащил меня к люку и уже начал заталкивать внутрь.

Я принялся лупить его маской, которая все еще была в моих руках. Он не отпускал мои ноги, а продолжал тащить вниз по лестнице.

Я резко качнулся в его сторону, надеясь, что он потеряет равновесие, и попытался сорвать с него маску, потом схватил за волосы и дернул. Я укусил брата за руку и проглотил его кровь.

Говорят, у людей в такие моменты краснеет все перед глазами, именно так и было. Кровавая пелена застилала мои глаза, и я не мог думать. Только колотить. Бить, крушить и ломать.

Мы достигли пола, и Алекс попытался вывернуться из моих рук. Я бросился на него.

Джейк схватил меня.

Я ударился о холодный цемент, выругался и попытался дотянуться до его лица.

— Боже, — выругался Джейк. — Что происходит?

Я зарычал на него. Мне было нечего сказать.

— Что происходит с твоим братом? — требовательно спросил Джейк у Алекса.

Алекс плакал. Я был тому причиной.

— Он как животное, — сказал Джейк, прижимая меня к полу, упершись коленом мне в живот. Каким-то образом мои руки оказались за спиной. Джейк был не только футболистом, но и борцом, к тому же килограмм на 25 меня тяжелее, он придавил меня.