Нико направился к одному из задних столиков и сел в полном одиночестве.

Джози раздала всем шариковые ручки из только что открытой коробки и маленькие кусочки бумаги. Каждый из которых был пронумерован.

— А теперь, — сказала она нам, — напишите на бумаге имя мальчика, которого вы хотите видеть своим лидером, пока не вернется миссис Вули.

Пока раздавали ручки, в пиццерии поднялась суета.

Потом на некоторое время все стихли, задумались и начали писать.

Я смотрел, как пишут эти глупые маленькие дети. Они еще так мало знают, чтобы сделать правильный выбор.

Если они выберут Джейка, нас ждут крупные неприятности.

Нико — единственный разумный вариант. Но посмотрите на него — тощий, высокомерный, с полным отсутствием чувства юмора. Он умеет так много всего, что нам сейчас необходимо, но хомяк и то более харизматичный, чем он.

Я написал НИКО и несколько раз подчеркнул.

Потом я встал и положил бумажку в пустую коробку из-под пиццы, которую Алекс приспособил под урну для голосования.

Алекс положил ее на угловой столик и несколько раз пересчитал бумажки.

Потом встал и вышел на середину комнаты.

Я попытался поймать его взгляд, но он смотрел в пол.

Алекс пошептал результат Джози.

Она несколько мгновений помолчала, потом сказала:

— Оба кандидата набрали примерно одинаковое количество голосов, и это доказывает, что они оба достойные ребята. И пусть никому не будет обидно…

Она взглянула на Джейка и Нико.

— Но победил Нико.

Несколько малышей зааплодировали, послышались стоны. Брейден заявил, что все эти выборы просто дерьмо собачье, а Джейк встал и пожал Нико руку.

— Поздравляю, — сказал он. — Дай мне знать, если тебе понадобится какая-то помощь, старик.

Джейк чуть ли не танцевал на пятках. Его переполняла энергия.

Прядь абсолютно прямых волос упала на глаза Нико, и он откинул ее назад. В нем все было прямо: волосы, осанка и все его поведение. Но и дети тоже были прямыми и достойными правды.

— Пошли, — услышал я голос Джейка, глядя в их удаляющиеся спины. — Выпьем что-нибудь.

Жизнь в магазине под руководством Нико кардинально изменилась.

Уже через два дня после того, как Нико выиграл выборы, расписание было определено так четко, как будто мы служили в армии. Или в отряде бойскаутов. Не знаю. Никогда не был скаутом.

Подъем у меня был в 6:00. Я просыпался под треньканье дорожного будильника «Панасоник». Все остальные могли досыпать до семи, но я и мой маленький помощник по кухне в шесть должны были идти на кухню, чтобы готовить завтрак войскам.

— Батист, — прошептал я спящему мальчику. Во сне его лицо смягчилось, оно больше не выглядело высокомерным и осуждающим. Мальчик сложил обе ладошки под щеку, как будто молился.

— Батист, — я бросил в него кедом. — Вставай, нам нужно готовить завтрак.

Он открыл глаза и уставился на меня.

— Оладушки с соусом из свежих ягод.

— Это что еще такое? — спросил я.

— Завтрак. Я уже составил меню.

— Ладно, — ответил я. — А ты знаешь, как их готовить?

Он фыркнул.

Ладно. Я и сам понимал, что это глупый вопрос. Ничто не вызывает такое желание свернуть шею семилетнему мальчишке как сарказм. Особенно в шесть утра.

Но, к сожалению, он действительно умел готовить. Он прошел вдоль продуктовых стеллажей как настоящий профи и взял муку, дюжину целых яиц, два пакета замороженных ягод, коробку мягкого сыра, ванильный экстракт и коробку кускового сахара.

На кухне мы встретили Нико. Вот почему я не роптал, вставая в шесть утра. Нико поднимался в пять. Да-да, в пять и ни одной минутой позже.

— Доброе утро, — сказал он с улыбкой. — Батист, это ты помогаешь сегодня Дину на кухне?

— Да, и я уже составил меню на день. — Батист повернулся ко мне: — Мне нужен блендер.

Вообще-то, несмотря на то что он делал мне замечания за то, что я забывал помыть руки («Чистота приближает нас к Господу, Дин!»), он был отличным помощником. На самом деле это не он, а я ему помогал, пока он взбивал мягкий сыр с сахаром в блендере, убирал со стен кухни потеки теста и жарил на чугунной сковороде вкуснейшие блинчики.