– Да я тебя, капитан!..
– Ринулся было вперед Гришин.

Но был жестко остановлен Ананьевым:

– От-т-ставить, подполковник!!! Лучше не надо!..
– Проговорил он, положив свою тяжелую ладонь на плечо «фээсбэшника».
– Не рискуй, «супер» - себе дороже может выйти!.. Мои парни очень хорошо обучены воевать, и выполняют только мои приказы… А ты, Иван… Я же тебе уже говорил, сейчас на моей территории, да и Устав ты знаешь! А в Уставе сказано четко: «Подчиненные выполняют приказы своего непосредственного начальника. В случае физической невозможности начальника выполнять служебные обязанности, или в случае его отстранения от командования подразделением, подчиненные выполняют приказы вышестоящего начальства!»… В этой операции - ты человек хоть и главный, но временный, а меня от командования моими людьми еще никто не отстранял! Да и со здоровьем у меня пока еще все в порядке и приказы отдавать мне вполне по силам!.. Так что!.. Осади назад, подполковник, пока не началось!!! Мне твои шпионские игры - по боку, а нарушать воинский Устав на своей плавбазе я тебе не позволю - мои люди обязаны докладывать сначала мне!!! И можешь на меня жаловаться, сколько хочешь и кому угодно - я Устав не нарушал, и бояться мне нечего!..

Гришин понимал, что Ананьев прав, но в нем клокотал вулкан злости:

– Да я!!!… Да я вас всех!!!… Да вы у меня все под трибунал пойдете, за неподчинение старшему начальнику в боевой операции!..

– Вот видишь, Ваня, в какую сторону ты вырулил… - Улыбнулся грустной улыбкой «кап-три».
– А ведь говорил, что друг я тебе уже… Погоны «кап-два» на пенсию обещал…

«Главный водолаз» принял портфель от своих подчиненных, посмотрел на него с презрением, и…

– На!!! Держи свой спецпортфель!!!
– «Морской волк» швырнул к ногам Гришина «дипломат».
– И знаешь что, подполковник… Ехал бы ты отсюда с этим чемоданом куда подальше!.. Свою задачу мы выполнили, а теперь… Мы снимаемся с яшки ровно через «склянку»… У меня еще служба Родине есть, кроме твоей «халтуры»!!!

– Ты за это ответишь, майор!
– Подполковник схватил «спецпортфель», и оглянулся по сторонам, решая, что делать.
– Очень скоро ответишь!..

Только «главный водолаз» уже перестал обращать внимание на «фээсбэшника», словно его здесь уже и небыло вовсе:

– Команде! Слушай приказ!.. Занять места согласно штатному расписанию! Очистить палубу от посторонних людей и предметов! Подполковника лодкой отправить на его плавсредство! Приготовиться к отбытию в район постоянного несения службы! По местам стоять! С якоря сниматься!..
– Скомандовал он, и вразвалочку направился к капитанскому мостику…

Гришина достаточно «вежливо», буквально под руки, усадили в резиновую моторную лодку, на которой к базе только что добрались аквалангисты, и тот рванул к стоявшему на якоре неподалеку катеру…

А в это время на палубе плавбазы, где только что столкнулись интересы двух, вечно конкурирующих между собой служб - ФСБ и ГРУ - к Ананьеву подошел, все еще затянутый в черный костюм аквалангиста Катран:

– Не слишком круто ты с ним, Дед?

Ананьев посмотрел в сторону удалявшегося от плавбазы катера, и проговорил:

– Может и крутовато получилось, Володя… Может быть… Только… - Ананьев посмотрел в глаза своего подчиненного, молодого офицера.
– Не понравился он мне сразу… Какой-то мутный он и скользкий, как угорь… Такой, чтобы свой зад прикрыть, по трупам пойдет и не задумается!..

«Каплей» задумался на секунду, и ответил:

– А ведь если он именно такой, Дед, то ведь он вам этого не забудет и не простит! Да и мне тоже!..

Ананьев весело улыбнулся в ответ:

– А и хрен бы с ним! С тебя, Володя, взятки гладки - ты действовал строго по Уставу! А я… Мне уже давно все по тулумбасу - мои погоны «кап-три», считай, что автогеном к кителю приварили - один черт следующего звания мне уже никогда не видать!

Он посмотрел на небольшую суету, которая всегда царила на боевом корабле при отплытии, и улыбнулся:

– Ну, что, Катран? ФСБ мы помогли - чемодан достали! Теперь можно и отваливать отсюда! Пора настоящим делом заниматься - Родина не ждет!.. …Через несколько минут, всего в нескольких сотнях метров, уже с борта своего катера, поглядывая на удалявшуюся плавбазу, и катая желваки на скулах, сжимал кулаки подполковник Гришин:

«…Я тебе это припомню, Ихтиандр, мать твою!..»

Подполковник изнывал от бессильной злобы, понимая, что ничего не сможет сделать этому «Водоплавающему майору» хотя бы потому, что ГРУ было вечным конкурентом его Конторы, и за своего офицера обязательно заступится! Тем более что тот был абсолютно прав, а он сам, подполковник Гришин проявил глупое нетерпение…

Но злость не уходила:

«…Сначала разберусь с чемоданом, потом с Кабаном, а потом и до тебя доберусь, «кап-три» Ананьев, вместе с твоим учеником!..»

Он посмотрел на удалявшуюся плавбазу, плюнул в сердцах в волны Красного моря, и вошел в небольшую каюту:

– Никому не входить до отдельного приказа!
– Бросил он на ходу одному из своих подчиненных, и закрыл деревянную дверцу…

Положив «спецпортфель» на деревянный столик, Гришин несколько минут не решался к нему прикоснуться, понимая, что от того, что он обнаружит внутри, возможно будет зависеть вся его дальнейшая судьба…

Подполковник нервно выкурил сигарету, и, в конце концов, решился:

– Ладно!.. Посмотрим… Авось генерал и был прав…

Он набрал шестизначные коды на замках чемодана, щелкнул запирающим устройством, и поднял крышку… …Подполковник нервно выкурил две сигареты подряд, затем, совершив действия в обратном порядке, закрыл «спецпортфель», и вышел из каюты наружу:

– В Марса Аллам мы должны прибыть максимально быстро!
– Проговорил он, обращаясь к человеку, управлявшему катером.
– Максимально!!!