Палач искренне рассмеялся:

— Нет! Мент точно навсегда ментом останется, даже в гробу! В момент ситуацию просек. Только, Вася, гарантии чего ты хочешь получить?

— Жизни, — ответил Крыленко.

— И всего-то? А за что тебе давать гарантии?

Крыленко заговорил скороговоркой:

— Я знаю, что вас хочет убить Шеленгер. Если вы гарантируете мне жизнь, я встану на вашу сторону и проведу в приемную. Делайте там, что хотите, а я исчезну, и потом никому о вас ни слова. Спросят, отвечу, мол, ночью жена вызвала, плохо ей стало, и все, что случилось на объекте, не видел! Такой вариант прокатит, супруга у меня — помощник городского прокурора, ей поверят, да и связи в милиции, с прокуратурой остались крепкие. Я вывернусь, не причинив вам никакого вреда, клянусь!

Палач спросил:

— Молодая?

— Кто? — не понял сразу Крыленко.

— Жена, мудак!

— А! Да! На десять лет меня моложе!

Мурза затушил окурок на газете, куда сбрасывал и пепел, смял ее, положил рядом с униформой.

— Хорошо! Но перед тем, как обещать тебе жизнь, ты должен, как я уже говорил, ответить на несколько вопросов. А именно, подробно объяснить мне, каким путем ты собираешься провести меня к приемной. Видишь ли, я неплохо знаю планировку здания и где установлены потайные камеры видеослежения тоже. Так что сразу определю, куда ты ведешь меня — к цели или в ловушку. Говори!

— Угу! Понял! Значит, так! Мы пойдем следующим путем. От гаража…

Трусливый и продажный Крыленко подробно изложил маршрут внутри дома, который на самом деле позволил бы беспрепятственно и тайно подойти Палачу к приемной. А там, по словам начальника караула, находился только Кабан, личный телохранитель хозяина, и в кабинете — Шеленгер.

— Понятно! Да, ты указал безопасный маршрут, верно! Кто еще, кроме тебя, телохранителя и охранника на центральных воротах охраняет усадьбу?

Начальник караула ответил с готовностью преданной гончей:

— Никто! Только названные вами лица. Больше ни в доме, ни вне его никого нет! Клянусь матерью, господин!

— Вызови сюда пацана с центральных ворот! — приказал Палач.

— Зачем?

— А вот вопросы задавать я тебе, Вася, не советую! Выполняй приказ!

— Понял, этого вызову, а вот Кабан мне не подчинен!

Палач перебил его:

— Чем вооружен твой Кабан?

— Какой он мой? А вооружен, насколько знаю, официально зарегистрированным ружьем «сайга», но у него есть еще пистолет… «бизон-3»!

— Серьезная штучка. Но черт с ним, с телохранителем, вызывай своего подчиненного! Скажешь, чтоб подменил Славика на короткое время, а ты из дома, мол, присмотришь за его объектом, усек, начальник?

— Усек, господин, но я до телефона не дотянусь.

Палач передал ему трубку, набрав цифры номера, продиктованные Крыленко.

Начальник караула вызвал охранника центральных ворот усадьбы.

Вскоре тот появился.

Сначала на бетонной дорожке, затем в сторожке.

И успел увидеть убитого напарника, прикованного к трубе начальника, вызвавшего его, и еще… какой-то силуэт сбоку.

Оттуда вырвалось пламя, бросившее последнего сотрудника внешней охраны в глубокую, черную пропасть небытия.

Он умер мгновенно, припав к стене, обильно обагрив ее кровью. Задергался в предсмертных судорогах и затих.

Палач подул на черное отверстие глушителя.

Между ног беспомощного Крыленко образовалась порядочная лужа.

Палач брезгливо взглянул на начальника караула:

— Ну вот, все испортил! И надо было тебе обоссаться?

— Я… я… это, случайно… как-то непроизвольно, — оправдывался Крыленко.

Мурза же спросил:

— Ну и как теперь идти с тобой в дом банкира, Вася? От тебя мочой за милю тянет. И запах-то какой резкий.

— Я… я… могу быстро переодеться. Это по пути… мигом… в своей комнате.

— А ты не подумал, Вася, о том, что я и один смогу пройти указанным тобой маршрутом?

— Но вы же обещали?

— Что я тебе обещал, мусор?

— Нет… вы… вы… не надо… прошу! У меня жена… молодая!

Палач вздохнул:

— Вот-вот, заодно и женщину от такого козла избавлю. Найдет более стоящего мужчину, а не отставную тряпку.

— Нет! Не хочу…

Закричать он не успел. Три выстрела раскололи бывшему начальнику караула череп.

Заливаясь пульсирующей кровью, тело Крыленко повисло на наручниках.

Палач быстро переоделся в форму Славика, сложил в «буржуйке» на смятой газете одежду рыбака, разжег печку, бросив туда вместо дров остатки разбитого им в щепы стула. Вытащил магазины «кедров» Крыленко и неизвестного охранника, засунув их за ремень.

Вышел из сторожки, быстрым уверенным шагом направился к дому Шеленгера.