— Почему?

— Пистолет-пулемет оплавился, номер разобрать нельзя, но наши ребята имели у себя «бизоны», и позиция неизвестного стрелка как раз находится на линии круговой обороны, которую заняли при нападении бойцы третьей группы, мы проверили. Оттуда велся огонь не только по палаткам, и не только из «бизона», недалеко найден автомат «АК-74», наш! Видимо, стрелок менял оружие и позиции.

Таранов, задумавшись, проговорил:

— Значит, удалось кому-то все же выцепить эту гниду и влепить ему пару пуль в череп?

— Получается, так! И форма на трупе Палача, у него одного, по словам очевидцев, была такая — старшего офицерского состава армий НАТО, кинжал его, кровь засохшая на форме, не иначе как с Устума. Да и маска…

Капитан посмотрел на труп, с которого, засняв на видеокамеру, сорвали маску, на окно, на старшего сержанта, обвел взглядом и остальных разведчиков, приказал:

— Вынести труп этого ублюдка на улицу!

Вышел из палатки.

Вызвал на связь командира бригады:

— Первый! Я — Таран! Как слышите?

— Слышу тебя, Таран, ты на резервной базе противника?

— Да!

— Что там?

— Смерть!

Полковник и капитан недолго помолчали, каждый тяжело и по-своему переживая исход неравного боя у водопада.

— Таран?

— Я!

— Это… наших ребят хоть частями собрать можно?

— Этим отряд и занимается! Да, новость вам, полковник, для доклада! Палач уничтожен группой Захарова! Не налетом авиации, а именно в бою! Это важно!

— Ты уверен, что уничтожен Палач, а не кто другой?

Капитан, выдержав паузу, ответил:

— Не знаю, если честно! И теперь этого знать никто не может! Я лично видел труп человека, внешне похожего, по описанию, на Палача. В его форме, с его кинжалом, в его маске, с двумя пулевыми отверстиями во лбу. Стреляли в него из «бизона», которые были на вооружении группы Захарова. Идентифицировать ствол невозможно, номер не читается. Но выстрелы сделаны оттуда, где были бойцы группы. Позиция стрелка находилась на линии круговой обороны. И стрелял он не только из «бизона» и не только по палаткам, рядом найден «АК-74», этот наш, и труп также нашего бойца, правда, чуть в стороне, но он не мог оставаться статичным и менял позиции. Вот и решайте сами, могу я быть в чем-то абсолютно уверенным?

— Понял тебя, Таран! А уйти Палач не мог, организовав подставу?

Таранов ответил не раздумывая:

— Уйти могла вся банда. От водопада есть спуск в соседнее ущелье. Но не ушла. Даже после того, как, несомненно, Палач получил сигнал о нашем появлении и разгроме его базы у скалы, почему?

— И почему?

— Думаю, имея преимущество в живой силе, неплохое вооружение, достаточное количество боеприпасов, а также отличные позиции, Палач решил разобраться с нами, как с ментами в Келое.

Полковник согласился с версией подчиненного.

— Может, так и было! Палач готовил засаду вам, считая, что банду Ачмиза преследует весь отряд спецназа, а тут Сергей с фланга, и с ходу в бой. Вот и вышел сбой в тактике Палача!

— Все может быть, полковник, но не мешало бы провести масштабную воздушную разведку всего района. Если Палач подсунул нам куклу, то даже на джипе далеко не успеет уйти, коли мы будем действовать оперативно, а если еще и отряд какой с собой прихватил, тем более.

Полковник согласился и с этим предложением капитана и объявил о конце связи. Он вышел на штаб объединенной группировки войск с руководителем военной разведки. Полковник-разведчик выслушал просьбу командира бригады спецназа, и вскоре с площадок из воздушных баз, базирующихся на юге Чечни, в воздух поднялись два звена вертолетов огневой поддержки и разведывательный «Ми-8». Они взяли курс в район, указанный полковником Скориковым, где «Ми-24», согласно приказу, предстояло совершить облет обширной территории под контролем и по наводке вертолета-разведчика, который должен был зависнуть на максимальной высоте, следя за обстановкой на земле, используя специальную разведывательную аппаратуру.

Но и отряд Палача, и его джип сумели вовремя заметить появившиеся вертолеты и скрыться среди камней хребта — первые в густой «зеленке», второй — применив средства маскировки и антирадары.

По крайней мере через час работы воздушная разведка доложила, что обследуемый район — чист, как от групп людей, так и от автомобилей. Естественно, противник имел возможность укрыться в горах, имея к тому же средства контрразведки, но больше того, что авиация сделала, она сделать не могла. Отработав топливо, вертолеты вернулись на базу.