На все праздники — семейные и религиозные — Вашингтоны неизменно отправляли приглашение в Бельвуар и сами часто бывали там по-соседски. Марта подружилась с Салли, и они навещали друг друга запросто, а Джордж Уильям Фэрфакс был постоянным партнером Вашингтона по охоте. Знала ли Марта о том, какие чувства питал в свое время Джордж к красивой соседке?.. Во всяком случае, теперь он не подавал ей ни малейшего повода для ревности. Кроме того, у Салли не было детей, и Марта испытывала к ней жалость — впрочем, не лишенную некоторого ощущения собственного превосходства.

Вашингтоны вовсе не сидели затворниками в своей «деревне»: помимо поездок в столицу на сессии палаты горожан, они часто наведывались в соседнюю Александрию. Джордж ездил туда и один — на собрания масонской ложи. Обязательные собрания проводили на рождество Иоанна Крестителя — 24 июня, День святого Михаила — 29 сентября, День Иоанна Евангелиста — 27 декабря и Благовещение — 25 марта; существовали также праздник ложи и собрания по случаю приема новых членов или посвящения в высшие степени. Вращаясь в «высшем обществе», Джордж, никогда в жизни не бывавший в Англии и вообще в Европе, усвоил хорошие манеры и стал знатоком этикета, так что в чем-то Маунт-Вернон и его хозяин могли дать фору лучшим домам Александрии и Аннаполиса. По крайней мере, там никому не пришло бы в голову за столом использовать носовые платки вместо салфеток или поставить на десертный столик горячий кофейник рядом с маслом (эта возмутительная подробность была подмечена Джорджем на одном балу).

В октябре 1760 года Марта попросила мужа взять ее с собой на сессию палаты горожан, и они отправились туда при полном параде: в карете с гербами, запряженной шестеркой лошадей, и с двумя рабами в ливреях — кучером и форейтором. В столице Вашингтон поселился в самом шикарном квартале — на улице герцога Глостера. Как обычно, он снимал квартиру у вдовы Кристианы Кэмпбелл — маленькой курносой и криворотой старушки четырех футов росту и такой же толщины.

Новый вице-губернатор Фрэнсис Фокье, член Лондонского королевского общества и автор трудов по естественным наукам и экономике, превратил столицу Виргинии в блестящий символ Британского королевства. Ее жители вовсю подражали европейским дворам — в манерах, поведении и одежде. Конечно, аристократу, недавно прибывшему из Версаля или Потсдама, Уильямсберг показался бы заштатным городишкой, однако стройные правительственные здания, Колледж Вильгельма и Марии, театр, регулярные сады и широкие улицы с тротуарами, вымощенными кирпичом, приводили в восторг виргинских плантаторов.

Ко времени приезда Вашингтонов город был объят ликованием: в начале сентября французы сдались британским войскам под Монреалем, и Фокье поспешил объявить, что война закончилась. В Америке — да, но она еще продолжалась в Европе, и исход ее вовсе не был предрешен. К тому же 25 октября 77-летний Георг II неожиданно скончался от разрыва аневризмы аорты, сидя на стульчаке.

Разумеется, эта печальная весть донеслась до Виргинии не скоро, и местные жители были заняты совсем другими делами. Марта была уже сама не рада, что уехала из дома, оставив детей: она вся испереживалась за Джеки и по ночам просыпалась от малейшего шума, стука копыт или лая собак — ей казалось, что это нарочный привез ей страшную новость о сыне. Через три дня она пустилась в обратный путь.

Одиннадцатого февраля 1761 года Фокье торжественно объявил о восшествии на трон Георга III. По такому случаю палату горожан предстояло распустить и объявить новые выборы. Вашингтон был к этому готов: Томас Брайан Мартин собирался уйти в отставку, и его партнером должен был стать его боевой товарищ Джордж Мерсер. Однако у него неожиданно объявился соперник — еще один ветеран Франко-индейской войны подполковник Адам Стивен, немедленно начавший клеветническую кампанию против бывшего собрата по оружию. Джордж мог по-прежнему рассчитывать на поддержку виргинских патрициев, Стивен же взывал к «плебсу», прельщая его новизной и сбивая с толку демагогией.

Выборы состоялись в середине мая. К тому времени Джордж мучился от приступов малярии: его бросало то в жар, то в холод, и он в больших количествах поглощал страшно горький хинный порошок, прописанный докторами. Но всё же голова его была ясной, и он решил прибегнуть к «военной хитрости». Поскольку голосование было открытым, а Вашингтон знал по опыту, что пример заразителен, он попросил шерифа, отвечавшего за проведение выборов, дать возможность его сторонникам проголосовать первыми. Всё прошло по плану: первыми высказались его родные братья Джек и Сэмюэл, а вскоре после них — его зять Филдинг Льюис, друг доктор Крейк и брат Чарлз. Из пятнадцати первых голосующих 14 человек высказались в пользу Вашингтона и 12 — за Мерсера. В результате Вашингтон получил 505 голосов, Мерсер — 400, а их противник Стивен — только 294. Принимая поздравления, Джордж напустил на себя аристократическую отстраненность, уверяя, что «мало занимается политикой».

В самом деле, теперь он гораздо больше занимался экономикой.

Четырнадцатого марта 1761 года скончалась Анна Фэрфакс Ли, и Маунт-Вернон перешел в полное владение Вашингтона. Отныне он обладал одним из крупнейших поместий в Виргинии, владел землями в шести графствах (около восьми тысяч акров — 3200 гектаров) и полутора сотнями рабов, плюс к этому у него было около десяти тысяч фунтов на текущем счете в Англии.

Однако цифры на бумаге — это одно, а реальное положение дел — совсем другое. Пока Джордж находился на военной службе, имением управлял Джек Вашингтон, который не оправдал ожиданий старшего брата. За эти несколько лет хозяйство пришло в упадок. Чтобы как-то поправить дела, Джорджу пришлось потратить практически всё состояние Марты на приведение в порядок плантаций, приобретение необходимых вещей и инструментов и сооружение новых построек.

Опыта в сельском хозяйстве у него было мало, но он, во всём стремившийся к совершенству, был твердо намерен выращивать табак самого высокого качества, экспериментируя с различными сортами. Однако табак — очень капризное растение; он не терпит ни засухи, ни излишней влаги, а также весьма требователен к почвам: лучше всего для него подходят легкие, сыпучие почвы с кислинкой, насыщенные влагой. Между тем земля в Маунт-Верноне была с прослойкой глины, не пропускающей влагу, и вода смывала тонкий верхний плодородный слой, оставляя неприглядные рытвины. Экспериментируя с разными удобрениями, в первый год семейной жизни дотошный хозяин получил рекордный урожай в 147 357 фунтов табака и несколько приободрился.