Я истинно верую в нашего Господа Иисуса Христа. Иисус строг, суров. От него исходит сила. Он резко обличает власть имущих. Он не искатель истины. Он — сама истина. Он и явился для того на землю, чтобы человек понял, постиг, почувствовал, увидел свое богоподобие. Чтобы перед человеком открылось окно в вечность. Но все-таки, все-таки иногда рождается в человеке вопрос: почему Иисус, придя на землю искупить наши грехи, оставил нас в них погрязшими, почему, придя просветить людей светом истины, так и не вывел человека из мрака заблуждения?

Христос, как говорили ветхозаветные пророки, возвысился над соблазном «божественного деспотизма». Он пришел без атрибутов божественного властелина, потому что родился и вырос среди бедняков. Христос никогда не совершал над людскими душами никакого насилия. И шел по земле не как триумфатор, а как человек гонимый, отверженный, окруженный стеной непонимания. И его не поддерживали ни религиозные, ни светские авторитеты.

Считаю, человек создал Бога. От многобожия к единому Богу — вот путь, которым шло человечество на протяжении тысячелетий существования. Только Иисус — самый высший для меня авторитет. Только ему могу рассказать все самое сокровенное, попросить совета и прощения. Люблю намоленные храмы. Люблю за то, что люди приносят в них свои радости, печали, горести, сомнения, покаяние.

В чем вижу позитив религии? Она помогает сформулировать и внедрить в жизнь людей нормы их поведения. Заповеди Христовы — то лучшее, что было создано. Заповеди в других религиях почти ничем не отличаются. Хотя они, эти нормы, существовали в обществе и ранее, спонтанно, так как без их выполнения род, семья, племя не смогли бы выжить, заслуги религии состояли в их обобщении и придании им обязательного для исполнения характера.

Религия помогла объединить разноплеменные группы людей в крупные сообщества с едиными нормами, обрядами, подчинением.

Религия помогла создать единое божество в виде Бога, его Сына и Духа взамен признания многочисленных божеств, отвечающих за различные сферы жизни людей.

Религия признала — хоть и поздно! — вред средневекового образа жизни, когда сжигали людей на кострах за ересь.

Не согласна с Марксом, который говорил, что религия — опиум для народа. Не согласна с Лениным, который писал, что религия — один из видов духовного гнета. Это не так.

Куда бежит человек, когда ему очень плохо? В храм. В храм, чтобы помолиться, попросить прощения и спасения у Господа.

Но… Правда и то, что религия веками, десятилетиями уничтожала людей за иноверие и атеизм. Церковные иерархи — сверху донизу — сумели быстро бюрократизироваться и не желали менять косные обряды, не учитывали изменений в сознании человека. Кто не хотел встать в общий строй — того по ушам, а то и на костер.

Священнослужители себе прощали и прощают все грехи, которые не прощают мирянам. На устах у них — елей, на деле… бывает и подлянка.

На рубеже позапрошлого и прошлого веков возник кризис веры, когда христианские чаяния Царства Божия были заменены другой религией — верой в прогресс. Эта новая религия говорила: развитие науки, техники, просвещения, социальных институтов сделают человека счастливым. Ну и что? Прогнозам не суждено было сбыться. Напротив, пришли к мировым войнам и тем неурядицам и катаклизмам, которые теперь имеем. Конечно, наука помогает людям в жизни, но и религия дает утешение, в котором современный человек очень нуждается.

Очень часто святые отцы хотят узурпировать светскую власть, распространить свое влияние на образование людей, их культуру. А главный грех вижу в стяжательстве. Когда золото, богатство храмов, одеяний затмевают бедность, нищету и убожество жилищ, сердце обливается кровью, и одна мысль пронизывает душу: как это допускает Господь?..

А потому — люблю и верую только в Иисуса Христа и Пречистую Деву Марию. Они — опора всего сущего. А священник любого ранга — прежде всего, человек и, как каждый, грешен.

Апостол Павел призывал к непрестанной молитве. Непрестанно не молюсь, но всегдашнее помятование о Нем, Его присутствии в жизни помогает превозмогать тяготы, делает более совершенной радость, скрашивает беду.

А вот почему у Миши, внука моего, несмотря на то, что и сам верующий, и мать, и бабка верующие, все так получилось, не знаю. Считаю его положительным, неглупым. Не имея до женитьбы сексуального опыта и влюбившись в девушку-сослуживицу Джулию, испоганил свою жизнь. Попался крепко. Ему было не мало — тридцать лет. Парил на крылышках, и мы радовались его счастью. Но счастье оказалось недолгим. Когда привел Джулию знакомиться, сразу поняли: перед нами не невинная девица, а очень опытная женщина, которая решила женить Мишку на себе.

Отговорить парня было невозможно: сумела покорить своим умением… Единственное, от чего все-таки отговорили, — венчание. Молодые расписались. И тут невинная девушка призналась, что у нее есть пятилетняя дочь, которая пока находится у ее матери. Мишка, ничуть не смутившись, сказал с воодушевлением: «Усыновляю!»

Да-а-а, жизнь преподносит сюрпризы… Почему? За что? Не знаю. Только Джулька оказалась стервой, каких свет не видывал, и устроила всем такую жизнь, что непонятно, чем кончится. И кончится ли вообще. Во-первых, конечно же, сразу забеременела и родила дочку, внучку и правнучку Катю. Девочка, слава Богу, получилась нормальная: с ручками, ножками, развивается хорошо: Джулька — здоровая баба. Во-вторых, сразу же привезла свою Миру, которая оказалась красивым, разумным, ругающимся матом ребенком. Видно, там, где воспитывалась, мат был в обиходе. В-третьих, сразу же после рождения Кати дала Мишке отставку, так, видимо, оскорбив его в сексуальном отношении, что он заявил отцу: «Жить с этой проституткой не буду».