– Хорошо, господин.

– Тогда немедленно отдай необходимые приказы. И еще одно. У тебя в Девятом легионе есть новый военный трибун [2] Квинт Помпей, племянник Помпея.

– Да, есть.

– Полагаю, он расквартирован в городе?

Лабиен кивнул:

– Остановился в доме работорговца вместе с симпатичной молодой женой. Очень хорошенькая маленькая кобылка.

Марк вспыхнул от гнева: как он смеет так неуважительно отзываться о Порции?

– Эта маленькая кобылка – моя племянница, – резко заметил Цезарь. – Ну ладно. Мои люди и я остановимся у нее. Когда ты отдашь приказы, я хочу, чтобы мне в Аримин прислали полный отчет. Я должен знать имена моих командиров и способность отрядов, отобранных для работы. И еще я жду человека, который прибудет сюда через несколько дней. Ланисту школы, откуда бежал Брикс. Клодий сейчас занимается его поисками. Он пошлет этого человека сюда, как только найдет его.

– Да, Цезарь. Я сразу отправлю его к тебе.

– Хорошо. Тогда с делами покончили. – Цезарь поднялся, Фест и Марк тоже. – Теперь надо найти в городе приличную баню и привести себя в порядок, а уж после этого мы нагрянем к Порции и ее мужу.

– Дядя Гай! – радостно воскликнула Порция, увидев, как ее дядя входит в атрий.

Она побежала по выложенному плиткой полу и крепко обняла улыбающегося Цезаря. На нем была туника, позаимствованная у одного из должностных лиц Аримина. Раб почистил его ботинки, пока он и его люди блаженствовали в самой большой бане города. После парилки, массажа и холодного обливания Марк снова почувствовал себя чистым и сильным. На нем и Фесте были туники из их собственных запасов, которые они везли в переметных сумах.

– Осторожней! Сломаешь мне ребра!

Марк и Фест остановились на пороге, глядя на них. Марк позавидовал, что у него нет семьи. Пока он не найдет мать и не освободит ее, он будет лишен простых радостей такой домашней сцены.

Цезарь взял Порцию за плечи, отстранил от себя и с улыбкой оглядел.

– Как поживает моя самая любимая племянница?

– Я твоя единственная племянница, – возразила она, слегка ткнув его в грудь.

– Но все равно ты все еще моя самая любимая племянница. И как ты привыкаешь к жизни замужней женщины? Где этот твой муж, молодой Квинт?

Марк увидел, как на мгновение ее улыбка погасла.

– Он в клубе офицеров. Они устроили его в трактире на берегу гавани. Сейчас они очень заняты, как ты знаешь, – готовят армию к новой кампании. Думаю, они заслужили отдых и могут себе позволить время от времени расслабляться. Но мы счастливы. Очень счастливы. Хотя я знаю, что долго не увижу его, когда ты поведешь армию на север, в Галлию. – Став серьезной, она взяла дядю за руку. – Пожалуйста, не торопись с приказом.

– Дорогая моя, империи не завоевываются мужчинами, которые остаются дома с женами.

– А мужчины, которые завоевывают империи, не рождаются, если их отцы никогда не спят с их матерями! – выпалила она.

– Ха! Ты умнее, чем половина сенаторов, а язык твой острее, чем у другой половины. Но достаточно. У меня есть сюрприз для тебя на случай, если ты скучаешь по Риму. – Он отошел в сторону, показывая ей своих спутников. – Это Фест и Марк.

– Марк! – Порция улыбнулась, шагнула к нему, взяла его за руки, пожала их и отпустила. – Хорошо выглядишь. Полностью оправился после боя с тем ужасным головорезом Фераксом?

– Да, хозяйка, – официально ответил Марк, как и ожидалось от него в присутствии других. – Я здоров. Рад снова увидеть тебя.

– Тогда, наверное, мы сможем поболтать немного, когда вас всех накормят?

Цезарь кашлянул:

– Я поем позднее. Сначала мне нужно кое-что сделать. Этот клуб офицеров… Где он находится?

– Ты уже уходишь? – нахмурилась Порция.

– У меня много дел. Послезавтра мы выступаем против восставших рабов. Я должен посмотреть на своих офицеров, увидеть, какие они, и отобрать тех, кто будет сопровождать меня. Обещаю, я скоро вернусь. А тем временем проследи, чтобы накормили Феста и Марка, и засыпь их вопросами о том, что произошло в Риме с тех пор, как ты уехала. Я знаю, прошло лишь несколько месяцев, но случилось очень много всякого.

– Я спрошу. Но скажи мне, как Луп? Тебе ведь нужен будет писарь.

Цезарь сжал губы:

– Теперь Марк – мой писарь.

– О, а почему не Луп? Я думала, что он хорошо выполняет свою работу.

– Он… выполнял. По пути сюда мы потеряли его.

– Потеряли?

– Мы попали в засаду бандитов. Лупа убили. – Цезарь погладил племянницу по щеке. – Они расскажут тебе эту историю. А я должен идти.

Цезарь поцеловал ее в голову и вышел на улицу. Привратник закрыл за ним дверь, и Порция осталась с Фестом и Марком. Она посмотрела на одного, потом на другого.