— А где нормальный человек прячет свое добро? — спросила я.

Пацан похлопал себя по ноге.

— В ботинке! — пояснил он. — Я первым делом у него в кроссовках пошарил! И наткнулся на эту змеюку. А потом с пляжа раздались голоса, я испугался. Перебежал дорогу, подхватил велосипед и укатил. — Он подумал и добавил: — Все!

Мы с Глебом переглянулись.

— Описать его сможешь? — спросил Глеб. — Того, второго человека?

— Он был невысокий, — сказал пацан. — Все. — Посмотрел на нас и велел: — Деньги давайте!

Глеб безропотно отдал вымогателю вторую тысячу. Пацан пощупал банкноту, проверил ее на свет. После чего тщательно сложил денежную стопку, засунул ее в левую кроссовку и слез со стула.

— Ладно, бывайте, — сказал он. — Пора мне. Приятно было познакомиться.

— Счастливо, — пожелала я.

Мальчишка, убедившись, что его никто не собирается удерживать, успокоился окончательно. Прошел пару шагов, потом вернулся к нашему столу и решительно сказал:

— Ладно! Вы со мной честно, и я с вами честно! Мне кажется, это была женщина.

— Женщина? — переспросила я. — Ты уверен?

Мальчишка почесал затылок.

— Почти на сто процентов, — сказал он. — Я же видел, как она побежала во двор. Мужики так не бегают. Ну, так…

Он слегка повилял бедрами.

— Понятно, — сказала я деревянным голосом.

— Я вам этого не говорил! — предупредил пацан. — В свидетели не пойду, хоть сколько заплатите!

Пацан сунул руки в карманы и покинул кафе.

А мы с Глебом сидели и молча смотрели друг на друга.

— Расплата! — сказал чей-то голос.

Мы одновременно вздрогнули. Такое слово могло прозвучать только с небес!

Но все оказалось значительно проще. Возле нашего стола стояла официантка, а в руках у нее был счет, написанный ручкой.

Глеб достал из кармана изрядно отощавшую денежную пачку, бросил взгляд на итоговую цифру. Вздохнул и начал отсчитывать нужную сумму.

— У тебя хватит? — спросила я.

— Надеюсь, — ответил Глеб.

Положил деньги на поднос официантки, присоединил к стопке пятидесятирублевую бумажку.

— Это вам.

— Спасибо, — расцвела официантка и бросила на Глеба томный взгляд.

Я подождала, когда она удалится, и сказала:

— А ты, оказывается, пользуешься успехом у официанток!

— А ты, оказывается, ревнивая! — в тон мне ответил Глеб.

Я вспыхнула, хотела возразить, но Глеб меня опередил:

— Умоляю, не надо прений! Мне этого юного паршивца хватило на месяц вперед! Пошли к Игорю.

Я подхватила сумку, с некоторым суеверным страхом повесила ее на плечо, прижала локтем к себе. И даже съежилась, ожидая удара током. Но ничего подобного не дождалась. Змея в сумке безмолвствовала.

Игорь встретил нас радостно. Похоже, детектив уже прочитан и бедный парень просто не знает, чем себя занять.

— Ребята! Вот молодцы, что пришли! Почему меня отсюда не выпускают, понять не могу!

— Тебе повезло, — сказала я. — Благодари врачей, что до сих пор не выпустили.

Игорь озадачился:

— Ты о чем?

Я взяла его под руку и повела на обычное место наших переговоров: во двор.

Усадила на скамейку, открыла сумку, выудила из нее плитку шоколада:

— Держи!

Игорь принял шоколад молча, не сводя с меня глаз.

— Катя, что произошло? — спросил он.

— Только тихо! — предупредил Глеб и огляделся вокруг. Двор был пуст: — Камень украли.

— Что?! — вскрикнул Игорь, вскакивая со скамейки.

Глеб молча дернул его за руку и усадил на место.

— Молчи! — прошипел он. — Молчи и слушай!

И он рассказал Игорю о вчерашних происшествиях, начиная с визита Макарова на яхту и заканчивая тем, как мы обнаружили его с проломленной головой возле решетки отеля.

Игорь развернул шоколадную обертку, откусил кусок.

— Ничего не понимаю, — сказал он наконец. — А вы понимаете? Откуда Макаров мог узнать, где наш тайник? У него же не было времени на обыск! Случайно нашел? Не верю! Место надежное, если его не знать, просто так не скоро отыщешь…

— Он, конечно, знал о тайнике, — перебила я.

— От кого? — удивился Игорь. — Я ему ничего не говорил, Глеб тоже. От кого он мог узнать?

— Мы думаем, что в номерах установлена прослушка, — сказал Глеб.