Жуть! На дворе – начало осени, а погода словно перед Новым годом. Собираясь в школу, я, кажется, не совсем учла особенности северо-западного климата: самая тёплая моя одежда едва ли подходила даже для начала сентября – а я-то полагала, что запаслась на всю зиму.

Я застегнулась на все пуговицы – это не помогло.

"Обратно вернуться, что ли? У Настюхи, вроде, пальто было – она куда запасливее меня… – Подумала я и сразу возразила сама себе. – Только не это! Говорят, возвращаться – плохая примета. Придётся как-нибудь потерпеть. Только бы до грава добежать, а там согреться элементарно – силовое поле поменьше настроить и надышать"

Но холод был не самым плохим, что ждало меня на улице. Куда неприятнее была нулевая видимость. Мне вообще редко приходилось видеть настолько полную темноту – везде, где бы я ни находилась – в столичной резиденции, на Лимносе, на любом курорте – там всегда в тёмное время суток функционировало стопроцентное освещение. Здесь же во всём обозримом пространстве не было ни одного фонаря, ни одной лампочки, даже небо – и то было плотно затянуто тучами.

Никогда не умела хорошо ориентироваться на местности. Не знаю, как другим, но лично мне и днём нужно по территории школы с компасом ходить, а ночью… Не, лучше про плохое не думать!

Но голова – это такая вещь, которая редко работает в запланированном направлении. Чаще бывает другое – то, о чём стараешься не думать, лезет в сознание в первую очередь и забивает все остальные полезные мысли.

Я представила себе, как Бахмурова спокойно спит в нашей комнате, в своей тёплой мягкой постели, и мне стало ещё хуже. Сразу мелькнула трусливая мысль: "Что я вообще здесь делаю? Мне что, больше всех нужно?"

Вопрос был сформулирован более чем правильно и, как любой серьёзный вопрос, в своей сути он содержал ответ: мне именно больше всех нужно. Быть старшей в среде суперов – это не то же самое, что исполнять обязанности старосты в начальной школе, среди обычных детей. Это очень прочная ступенька к дальнейшему карьерному росту. Ради будущего высокого статуса можно претерпеть некоторые неудобства. На папино место, я, конечно, не рвусь, но было бы неплохо устроиться куда-нибудь в окружение Навигаторов. Их всего сто двадцать пять человек, крайне мала вероятность, что я смогу стать именно Навигатором. Нужно трезво подходить к перспективам.

Это – далеко идущие планы. А что касается программы-минимум, то, когда я привезу весь свой запланированный список товаров плюс деньги на раскрутку нашего банка – ни у кого из наших ребят и мысли не возникнет, что руководить курсом может кто-то ещё – тогда можно будет немного расслабиться. Пока же ещё рано.

А Бахмурова – пусть спит. И Бахмурова, И Никиточка, и все остальные. Они проспят всё на свете. Недаром придумали пословицу про тех, кто рано встаёт.

Занимаясь кустарным аутотренингом, я брела по извилистой парковой тропинке, то и дело выбираясь из кустов на обочине. В голове прочно засела мысль, что где-то должна быть асфальтная дорожка – но она почему-то упорно не находилась. Может я что-то путаю? Или не в ту сторону пошла? Ещё не хватало заблудиться!

И эта жуткая темнота раздражала до колик. Это только кажется, что отсутствие света – всего лишь житейское неудобство. На самом деле – совсем иначе. Недаром мгла числилась в числе десяти египетских казней. Видно, фараону и его подданым было совсем плохо, если, посуществовав в темноте пару-тройку часов, фараон в который раз пообещал Моисею отпустить его народ в пустыню.

Будь тут, в "Штуке", нормальная администрация – руки бы им нужно было поотрывать с корнями за такие удобства. А против Красной Шапочки особенно не повоюешь – любое диссидентское движение в нашей школе уничтожается в зародыше. А если нечто похожее и появляются, то ненадолго.

Да и по мне, лучше уж в темноте.

По крайней мере, пол-годика или год можно потерпеть, а потом, может быть, получится разобраться в здешней ситуации и что-нибудь изменить в лучшую сторону.

Проникновенно шепча под нос ругательства, я пробралась через заросли невысокого кустарника, оказалась рядом с каким-то прудом, вернулась обратно, попала лицом в мокрую и склизскую паутину – и тут неожиданно выбралась на долгожданную асфальтную дорожку. По ней удалось быстро добраться до здания КПП.

Не могу понять, зачем на входе в школу стоит эта крохотная деревянная будочка. Помню, 31 августа в ней сидели двое элегантно одетых мальчишек. Увидев меня, они привстали, разглядывая посетителя – и застыли в такой неудобной позе. Я спокойно прошла мимо, а их лица остались прижатыми к окну. Мне едва удалось сдержать смех – сплюснутые о стекло носы напоминали свиные пятачки.

Не знаю, насколько обитаемой было КПП первого сентября, но второго, когда мы тащили в лес мешок с третьекурсником внутри, в будке уже никого не было. Нет и сейчас. Ну, и в чём смысл данного заведения?

Узенький коридор я проскочила на крейсерской скорости, тем не менее успела почувствовать сырость, плесень и запах мочи. Несколько дней назад, вроде бы, здесь было гораздо чище.

Под ногами неприятно хрустнуло. Я решила не конкретизировать, что это такое. По моему глубокому убеждению, некоторые вещи лучше не знать.

Только оказавшись в нескольких десятках метров за пределами "Штуки", я поняла, какую глупость совершила. Кто сказал, что на стоянке будет хоть один грав? Тем более сейчас, в пять утра четвёртого сентября, когда учебный год уже начался и все ребята на местах – нет никого, кто бы приезжал или собирался уезжать. Вот незадача!