– Значит так, Сандер! – многозначительно наматываю тонкую прядь его волос на большой палец своей левой руки. – Сейчас мне начинаешь рассказывать подробно и досконально всю свою биографию: где родился, что делал, с кем и где жил до своего поселения в лесу. Если хоть раз остановишься, соврёшь или запнёшься на полуслове – выдираю этот клок и готовлю следующий. Понял? Приступай!

Было видно, что парнишка очень дорожит своими патлами, недаром до такой длины отращивал. Но и свою биографию ему явно не хочется передо мной раскрывать. Судя по мелькнувшему языку, непроизвольно облизнувшему пересохшие губы, собирается отчаянно врать. Ничего, пусть хоть с чего-то начнёт, а я послушаю.

– Да я, как все, появился в мире Дракулы три года назад. Сразу в ранге «сирота», профессия – вор, с возможностью прокачки либо на воина, либо на сторожа. Есть возможность развития класса маг, но весьма слабая и посредственная. Два с половиной года прожил в городе Саллагар, а потом старший нашей гильдии воров меня подло и незаконно продал группе дальних переселенцев. Точнее, работорговцев. Как я понял, они шли в тот мир, где молодые рабы и дети ценились дороже эпичных драгоценностей и легендарного оружия. Как он называется и где – понять я так и не смог. Их сборная группа насчитывала восемьдесят особей, ну и нас, рабов, в основном людей, они набрали больше сотни. Вели, точно скот, в специальных ошейниках, скреплённых между собой. Перебрались мы в земли Пурпура Смерти в той стороне, – он чётко указал на восток. – Очень хитро сделали временный мост из двух древесных стволов, после перехода его сразу столкнули в магму. По землям Пурпура мы шли десять дней, после чего недовольные вояки всё-таки уговорили лидера похода на разграбление одной из башен. По легендам, в каждой из них полно сокровищ, шмота, редких книг и прочих артефактов эпического уровня…

Он сделал короткую паузу, прокашливаясь и с напряжением глядя на меня. Я же сидел с окаменелым выражением лица, слушая эту ахинею, и старался больше следить за своим прорезавшимся чувством отличать правду ото лжи. Каким бы абсурдным это ни казалось, но малец говорил чистейшую правду! Ну, разве что, в самых первых предложениях не столько соврал, сколько что-то недоговаривал. Да и у меня была твёрдая уверенность, что именно там таилась основная ложь.

Но в любом случае следовало дослушать до конца. Тем более что рассказчик явно успокоился, опять слегка смочив языком пересохшие губы, бойко продолжил:

– Больше всех за ограбление ратовал Маазред. Благодаря своему наивысшему среди остальных уровню и умению работать с магическими свитками он и возглавил половину отряда, двинувшись с ними на разграбление одинокой башни, стоящей далеко от тамошних поселений. А остальные вояки продолжили нас гнать в этом направлении. Как я понял, только один лидер, может, и сам Маазред знал, куда точно мы направляемся. Те, кто пошёл грабить, догнали нас через двое суток. Вернее, те, кто от них остался: всего восемь человек. Кричали и ругались они знатно, благодаря чему мы прекрасно расслышали суть злоключений наших мерзких рабовладельцев. В башне оказалось только три сторожа ранга «скелет-толстяк», но с ними справились с относительно малыми потерями – только семеро полегло. Знали, на какой риск шли. Но когда стали выносить сокровища из подвалов и грузить их на телеги, нечаянно повредили древнее захоронение, и на свет полезли гули. Их было так много, что на место убитых лезли все новые и новые твари. Пришлось с боями отступать, а потом и бежать, бросив несметные сокровища на месте погрузки. Но гули продолжали преследовать отряд, и в последний момент удалось оторваться только восьмерым, да и те были ранены. Самого Маазреда сильно истощил бег с легендарным Щитом бога Тариса. Это единственное, что он не захотел бросить из найденного в башне. По его утверждениям, уже один этот щит окупал всю экспедицию. Только лидер ему не верил и доказывал, что трофей попросту убивает любого, кто станет им пользоваться без именной привязки. Да оно так и выглядело сразу, потому что в одиночку мог поднять Щит лишь Маазред, и то благодаря магии. Ну, а дальше нас погнали бегом…

Далее Сандер с особой грустью поведал про последние сутки тяжелейшего пути. Работорговцы очень опасались, что гули не прекратят преследование, потому что отлично ориентируются по запаху, а сама похищенная вещь как раз была снята с древнего саркофага. Значит, земляные твари не оставят похитителя в покое до самой его смерти. Кстати, последнюю часть пути истощенный Маазред проделал в телеге рядом со своим вожделенным щитом.

Двадцать воинов во главе с лидером устремились вперёд – сооружать мост через реку с магмой, и они успели подготовить почти всё до прибытия основного отряда. Буквально за час они не просто успели сделать мост, но и частично заминировать. В первую очередь стали переводить коней.

Именно в этот момент, пользуясь суматохой и общей неразберихой, Сандер, уже давно вскрывший замок ошейника, сбежал. Вначале попросту отполз в сторону, а потом сиганул на полусогнутых ногах в сторону леса. Его заметили слишком поздно, да и лошадей на этом берегу уже не осталось, поэтому преследовать не стали. Вот так и спасся. Вернее, вырвался из рабства.

– О том, что мост должны были минировать, я тоже подслушал. К тому же его собирались подпилить снизу, ровно по центру. Ходил туда пару раз, аккуратно присматривался и догадался, почему умершего Маазреда так хитро уложили на щит, – под конец рассказа сообщил Сандер. – Возвращаться обратно в мир Дракулы я, конечно, собираюсь, но уж явно не в Саллагар. Да и проблемы есть: мост я сам не построю и гулей боюсь на обратной дороге встретить. Вот и живу пока здесь, стараясь физически окрепнуть и больше тренироваться в воинском умении. А сегодня взрыв услышал. Пока до края леса добежал, пока оттуда прислушивался да присматривался… Потом всё-таки решил сбегать к мосту и проверить. Я рад, что тебя встретил и теперь не один здесь…

Последнюю фразу он сказал радостно, искренне, только ёрзанье его рук за спиной так и не прекращалось. Наверняка уже пальцев не чувствует от защемления и нехватки крови в них, а улыбаться мне пытается.

А я слушал его, слушал и лихорадочно пытался сообразить так ли непогрешимо моё чувство определения правды или весь услышанный вздор соответствует действительности? Или я выгляжу таким лохом, что всякой шантрапе позволено бессовестно вешать мне лапшу на уши, да ещё и ждать в ответ благодарности? Скорей всего – лох! Но тогда сюда не вписывается всё, что я увидел, пережил, и в первую очередь скелет-толстяк. Конечно, в действительность хорошо укладывается подпиленное по центру сооружение через Багрянку. Теперь-то я точно осознал, что сумел перейти на этот берег практически чудом. Видимо, работорговцы рассчитывали на огромную тяжесть гулей. Кстати, я совершенно не могу представить, как эти гули выглядят.

Оказывалось, что я как бы в сказке, но побасенка эта никоим образом не является плодом моей болезненной фантазии. То есть я влип. Причём так солидно, с чавканьем и брызгами влип…

Вдобавок юноша прекрасно понял, что я не от мира сего. И к гадалке не ходи, по глазам видно, что, несмотря на роль пленника, он чувствует своё превосходство. А то и вообще догадался, что я новенький, и ни черта в местной жизни не разбираюсь. Следовательно, попытается мною воспользоваться в своих целях. Знать бы ещё, в каких именно?