По всем внешним признакам башня в три ступени казалась брошенной и разграбленной. Возле главного входа, у высоченного крыльца, виднелись обломки нескольких повозок, частично заполненных различными вещами, оружием и прочим. Но именно «прочее», хорошо рассмотренное в бинокль, оказалось расползшимися или прорванными мешками с драгоценностями. И уже только факт их наличия на всеобщем обозрении подтверждал: змея было только два. Если уж они так падки на бриллианты, то сразу бы бросились к находке, и уж всяко не интересовались бы людьми. А так не успели рассмотреть издалека, да и зрение у земноводных далеко не превосходное, особенно на большие расстояния.

– Повезло? – удивился я вслух, имея в виду возлежащее на повозках добро. – А как же тогда гули? Якобы пекущиеся о своей разграбленной башне?

– Гули, они такие, – пустился в рассуждения главный эксперт в нашей команде. – Тем более что они требовали и разыскивали только щит Тариса. Скорей всего, остальные побрякушки для них не более чем прошлогодние косточки черешни, как ты говоришь. А в данном случае оставленные на виду сокровища не более чем приманка для стервятников. Да и сбежавших работорговцев ждут: те, кто видел эти груды, долгие годы спать спокойно не будет, пока не попытается сюда вернуться.

– А если всё-таки не приманка? Если – всё бесхозное?

Мелкий покосился на меня снисходительно и с превосходством:

– Сергеич! Ты уже дядька в годах, а размышляешь, как и выглядишь… молодо. Ну, сам посуди, осталось на посту десять гулей, и что? Сразу все сорвались и побежали на зов щита? Никого не оставив на охране?

– Тогда почему никто до сих пор не вышел из башни? Я ведь этой ночью использовал свой щит.

– Вроде резонный вопрос, но он сам же и ответ верный подсказывает, – Саша в самом деле рассуждал, словно равный мне по возрасту товарищ. – Потому и не вышли, что знают: их осталось мало, а враг с похищенным щитом – рядом. Значит, вернулся, прибыл за сокровищами, и встречать его в любом случае предпочтительнее в родных стенах. Тем более что они наверняка знают о гибели своих двух пятёрок. Может, и копьё моё уже давно легендарное и эпическое. Тогда они и его почувствовали и теперь принимают максимальные меры по укреплению обороноспособности.

– Да уж! – пришлось мне согласиться с такими выводами. – Тогда нам к самой башне лучше и не соваться… А вот поиски лошадей всё равно продолжим. По крайней мере, те долины, что простираются слева, осмотрим обязательно… Только надо ближе подойти… ещё лучше вон на ту седловину забраться.

С выбранного места мне не удавалось просмотреть долины, только ближние их окраины. Но сомневаться не приходилось: там раскинулись луга с сочными травами. Если уже там привередливые кони себе вольницу не устроили, значит, вообще не выжили, всем скопом пойдя на корм гулям.

Ещё четверть часа мы высматривали предстоящий маршрут к седловине и признали его вполне удачным: почти на всём пролегании он должен просматриваться с верхней площадки башни. По крайней мере, нам так казалось. Да и не было там никого.

Сейчас возвращаться за вещами смысла не было. Тем более что в месте лёжки гауланов мне не понравилось. Слишком уже неважнецкая позиция для обороны. Вот и решили двигаться дальше. Часа за полтора проскочим к выбранной точке, осмотримся, да и обратно, если животных в долинах нет. А если что увидим… тогда и думать будем.

Правда, перед уходом трофейные мешки с грибами и кольцами перепрятали в более надёжное место. А пока шли, не только по сторонам осматривались, но ещё и время от времени перешёптывались. В основном я выпытывал:

– Всё-таки странно с этими гадами получается. Да и не только с ними. Выходит, что любой может сюда пробраться и за сокровищами по замкам прошвырнуться?

– Может… Да только никто из земель Пурпурной Смерти не возвращался. Я это не раз слышал.

– Как же тогда работорговцы прошли?

– Потому и прошли, что Македонский запрещал даже смотреть в сторону строений. Мы, имею в виду рабов, когда поняли, куда переправляемся через Багрянку, все с жизнями распрощались. Слава об этих местах самая плохая.

– Но сейчас-то ты понимаешь, что жить здесь можно?

– Конечно, можно!.. В компании с тобой и при наличии такого уникального оружия. Если нам к арбалету ещё и болты попадутся эпические, считай, с одного выстрела любую тварь будем в облако кровавого пара превращать.

– Ого! Есть и такие? – поразился я убойной мощи, сравниваемой с крылатой ракетой.

– Сам не видел, но знатоки утверждали, что есть.

– То есть эти гауланы чётко знали, куда шли и на что подписывались?

– Ага. Что ни на есть – полные отморозки. Не удивлюсь, если они уже давно по этим землям бродят и не один схрон с сокровищами сделали. Уж больно активно они на нас набросились, а значит, имелось у них что скрывать.

По поводу схронов я откровенно сомневался. Если бы гады нашли что-нибудь путное, то сразу отправились бы из этих земель подальше. В ответ Пятница выдвинул новую версию: