— Допустим. Каков наш план? — спросил Харрисон.

— Нужно, чтобы ваши люди проследили за домом Каца и другими местами, где он может появиться. Синагога, кошерные кафе?

Харрисон кивнул.

— Да, разумеется.

— Если понадобится, я смогу организовать подкрепление.

— Я сообщу. Не волнуйтесь, все хотят поймать убийцу. Парни будут работать на износ.

— Спасибо. — Джек посмотрел на часы. — Сегодня мы уже ничего не успеем. Нужно набраться терпения. Если до завтра мы его не найдем, придется объявлять общенациональный розыск.

— Хорошо, — ответил Харрисон, — но лучше уже сегодня разослать информацию по районам. Я займусь этим.

— Правильно, — согласился Джек. — И последнее. Вам известно, кто такой Мойша Глюк?

Харрисон кивнул.

— Да. Крупный бизнесмен, важная персона в хасидском обществе. Уважаемый и влиятельный человек. У него большая семья, кажется, девять или десять детей. Живет на Лингвуд-роуд, офис прямо над «Майло», и, подозреваю, он у него не один.

— Чем он занимается?

— В первую очередь недвижимостью — это главное дело в еврейской среде. Кроме того, наверное, всем понемногу: от импорта хасидской одежды до торговли алмазами.

— Алмазами? — удивился Джек.

— Да, евреи обычно вкладывают деньги в драгоценности. В алмазы надежнее всего.

— Никогда бы не подумал, — признался Джек. — А откуда они берут камни? Нет, я знаю, что их добывают в Южной Африке, но как они оттуда попадают в руки Мойши Глюка?

— Да, их везут из Южной Африки, — сказал Харрисон, — как правило, покупают через Хаттон-Гарден — это крупнейшая в Англии ювелирная биржа. Алмазы — валюта еврейской общины. Мы любим хруст банкнот, они — блеск камешков.

— И при этом они не нарушают закон? — с недоверием спросил Джек.

— Я этого не говорил. — Харрисон почесал нос. — Мы просто не знаем. Все сделки, законные или нет, очень сложно отследить. Алмазы передают из рук в руки, ими платят за товары и услуги. — Он пожал плечами. — Очень удобно.

Джек задумался. В деле было слишком много неожиданных поворотов, и чем больше они узнавали, тем сложнее было ответить на главный вопрос. И все же, чего бы это ни стоило, он посмотрит в глаза человеку, который убил Лили, — сквозь прутья решетки, за которой тот останется навсегда. Джеку уже все равно, кто он такой — Мойша Глюк, Шлимэй Кац, Джимми Чан или даже Гольдман. Он просто будет жить дальше, зная, что кто-то заплатил за убийство. И ему плевать на мотивы преступника, на его мысли, на то, как он воспринимает мир. Личность преступника всегда интересовала его, но не в этом деле. Тут он хотел отомстить.

Он прорычал:

— Если выяснится, что их убивали из-за гребаных драгоценностей, задушу сволочь голыми руками!

— Не думаю, что из-за них, — откликнулся Харрисон, — но если Кац или Глюк или они оба окажутся замешаны, можешь не сомневаться, в конечном счете всплывут и алмазы.

Джек едва сдержался, чтобы снова не разразиться проклятиями.

— Боб, спасибо, — наконец сказал он. — Позвоните мне, если что-нибудь станет известно. А тебе, Мал, — обратился он к констеблю, — следует пойти и выспаться как следует. Завтра будет тяжелый день.

— Хорошо, — с сочувствием посмотрел тот на Джека. — Шеф, вам тоже нужен отдых. На сегодня хватит с вас.

Придя в сознание, Кейт поняла, что у нее связаны руки и ноги и, похоже, она лежит в кузове автомобиля. Во рту пересохло. Водителя она не видела.

— Дайте воды, — прохрипела она.

— Потерпи немного. — Голос показался ей знакомым. — Мы почти на месте.

— Где мы?

— Узнаешь.

— Что вам нужно?

Каждое слово обжигало воспаленное нёбо. У нее промелькнула мысль, что это глупый розыгрыш: во вторник вечером ее похитили из дома, где мариновались отбивные и «Колдплей» пел о желтых звездах!

Ответа не было.

— Я офицер полиции и спросила, чего вы от меня хотите. Отвечайте на вопрос! — потребовала она, чувствуя, как от страха по спине поползли мурашки.

— Пока мне нужно, чтобы ты помолчала.

— Что? Кто вы вообще такой?

Она вспомнила: рыжие пейсы, бледное, вытянутое лицо, темная одежда и косматые брови, как на карикатуре.

— Неважно кто. Просто делаю свою работу. Мое дело — доставить тебя.

— Куда доставить?

Молчание действовало ей на нервы.

— Куда доставить?!

— К хирургу.

Мойша Глюк набрал знакомый номер.

— Ваша посылка отправлена.

— Превосходно, — ответил голос на другом конце линии.

— Алмазы отдайте водителю.

— Вы доверяете ему? Сумма немалая.

— Я доверяю ему. И это последний раз. Полиция подобралась слишком близко. Кац уедет из города, и другой помогавший нам друг тоже должен исчезнуть. Ваша работа сильно повлияла на нашу жизнь.

— И сделала вас намного богаче. — Голос был спокойным. — Особенно вас, Мойша.